‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Спускайся ужинать, — строго сказал он.

      Олесь посмотрел на него пустым взглядом, вынув второй наушник.

— Спасибо, я не голоден, — тихо произнёс парень.

— Послушай, мальчик, ты сейчас встанешь и пойдёшь ужинать. Если нет, то я привяжу тебя к стулу и запихну всё в рот насильно. Живо на кухню, пока я не разозлился.

      Руслан опять не повысил голос, но в нём было столько холода и власти, что Олесь вздрогнул, чувствуя, как по позвоночнику пробежали холодные мурашки.

— Через минуту не увижу тебя на кухне, пеняй на себя, мальчик. Меня просили за тобой присмотреть, а каким образом я должен это делать не уточнили. Так что делай выводы.

      Олесь встал и медленно поплёлся на кухню вслед за мужчиной. На ужин было картофельное пюре и котлета. Но он действительно не хотел есть. Пришлось снова запихивать в себя еду.

      Руслан видел, как парень мучается. Он нахмурился, то, что происходило, было не хорошо. Да, отец говорил, что у парня началась депрессия, но он был не прав. Депрессия уже вовсю прогрессировала.

«И чего было не показать его психологу. А может, показывали да без толку. Хм, ситуация». Вдруг раздался противный скрежет ножа о тарелку. Он разрезал тишину и ударил по ушам неприятно.

— Извините, я не хочу есть, — сказал Олесь и опустил голову.

      Руслан подошёл и поднял его голову, подхватив двумя пальцами за подбородок. В глазах парня стояли слёзы. «Чёрт, что происходит?!»

— Иди в гостиную. Сядь в кресло. Я хочу, чтобы ты был там, когда я приду. И запомни, правое кресло моё. Ты не имеешь права там сидеть.

      Олесь ушёл, а Руслан сел на прежнее место и спокойно доел свой ужин.

Он думал, что парень возмутится, скажет: «Почему я не могу сидеть там, где хочу?» А может демонстративно сядет в правое кресло. Молодёжь она такая, настоящие бунтари. Он и сам в молодости был такой. Уже в пятнадцать считал себя взрослым, но к счастью родителей, доказывал это не глупыми выходками. Каково же было его удивление, когда Олесь не сказал и слова против. Более того, он сидел там, где и велели. Голова опущена, руки теребят край футболки. «Мальчик мой, да ты прирождённый саб, но наверняка этого не осознаешь. Может и не слышал о Теме никогда». Руслан сел в соседнее кресло и положив ногу на ногу, обнял руками колено.

— Посмотри на меня, мальчик.

      Олесь робко поднял голову.

— Я виноват перед тобой. Да, именно так, не удивляйся. Мне нужно было сразу донести до тебя информацию, а я этого не сделал. Я не люблю, Олесь, когда меня не слушаются. Поскольку ты живёшь в моём доме, то будь добр делать то, что я говорю. Нужно питаться, мне не хочется лицезреть здесь ходячий скелет.