Тем более, общага для него сейчас не лучшее место. Возьми его пожить к себе. Что тебе делать одному в большом доме?

— Ну, не такой уж он и большой. Три спальни и гостиная с кухней. Но вот я не пойму, как ты себе это представляешь? Я совсем не знаю этого парня. Ему восемнадцать или он младше?

      Руслан был в шоке от такой просьбы. Он и чужой парень в одном доме, это вообще нонсенс. Даже Тим у него не жил, а приходил только на сессии.

— Ему уже есть восемнадцать. Но ты понимаешь, сынок, я обязан его отцу жизнью. Если бы не было меня, не появился бы ты. Мне представилась возможность отплатить за это добром.

Пожалуйста, пригляди за ним. Парень тихий, вежливый, опрятный. Он не доставит тебе хлопот. Сынок, я же редко тебя о чем-то прошу, — взволнованно произнёс отец.

— Вот только умолять не начни. Я понял тебя, отец, пусть живёт, — Руслан сам себе не верил, что говорит это, — Когда он должен приехать?

— Послезавтра. Он прилетает утренним рейсом в одиннадцать часов. Его нужно будет сразу в вуз отвезти, чтобы он документы на зачисление подал. Я пришлю тебе номер рейса и его фото на почту. Спасибо, Руслан.

— Да пока не за что, пап. Маме привет.

      Через некоторое время на почту пришло письмо. Руслан развернул его и прочитал: «Олесь Викторович Легков. Прибывает рейсом…» «Гм, красивый парень, утончённый, стройный словно куколка. Такой, как мне нравится, тонкокостный и с виду хрупкий. Блин, о чём я сейчас думаю? Парень едет учиться, а ты уже размечтался. Может быть он ярый гомофоб, вот веселуха будет. Хотя за что можно так избить парня, чтобы ногу сломать? М-да, интересная загадка. Только вот с сопляком возиться, не хочется. Но уже пообещал, придётся выполнять».

      Олесь сел в самолёт. Он ужасно нервничал. Каков этот мужчина, у которого предстоит жить? Как он вообще отнёсся к этому? Может, согласился, скрепя зубами, и им придётся жить как кошка с собакой? Родители видели его волнение, подбадривали всю дорогу в аэропорт, но это плохо помогало. Сейчас Олесь корил себя в очередной раз, за то, что такой чувствительный, привыкший больше думать о других, а не о себе. В какой-то степени он был даже ранимый в душе, поэтому предпочитал не конфликтовать лишний раз. У многих знакомых парней был бунтарский переходный период.

Они считали, что родители сатрапы, зажимают их свободу, а они уже взрослые. Олесь вовсе не чувствовал такого. Он привык подчиняться во всём. Сказали прийти домой не позже девяти вечера, он появлялся именно в это время. Нужно сделать что-то? Он, молча, шёл и выполнял. Сам, без подсказки и словесных пинков, убирал в квартире и мыл посуду. Тихого домашнего мальчика теперь выпустили на свободу, во взрослую жизнь. Только Олесь не понимал, что будет делать с этой свободой.