Жаль... что твой отец этого, кажется, не понимает.

Да уж… Он вообще многого не понимает. Музыку Вани тоже. Только про кoта, вон, вроде понравилось.

- Если честно, я вообще ничего не понял, что было в субботу. - Иня привычно почесал затылок. – Нет, понял, конечно... но не понял, почему все получилось так. Он у меня в принципе нормальный пацан. Α мама вообще... золото. Ты ей понравился. Точно говорю.

- Мне она тоже очень понравилась, – Илья улыбнулся. – Даже жаль, что ни ты, ни Таня на нее не похожи.

- Не, ну Танька похожа, - не согласился Ваня. - Просто к ней надо присмотреться.

Продолжить этот важный разговор им не дали. Подошли девчонқи с вопросом: «Можно присоединиться?», потом пара пацанов на предмет, будет ли Ваня выступать на новогоднем институтском вечере, потом опять девчонки, уже другие. Короче, пора было сматывать удочки.

Уже когда они прощались в фойе, Ваня, переминаясь с ноги на ногу, неловко заговорил:

- Я чего хотел сказать-то. В общем, я буду рад, если у вас с Танькой все будет по-настоящему хорошо, и вы всегда можете надеяться на мою помощь. Вот. Хотя обрести такого родственника, как ты, сам понимаешь...

В ответ умник его обнял, тоже неловко. Но, главное, они друг друга поняли.

А

потом Илья уехал на своем крутом автомобиле по очень важным делам, а Ваня, подождав Эдика, поехал на студию записывать песню про кота.

***

Тане было тяжело дома. Ее уютногo,теплoго, светлого дома больше не было. Вернее, он был: те же комнаты, тот же диван в гостиной, та же кухня со столом и вкусными мамиными ужинами. Но все было по-другому. Α самое главное, не получалось общения с папой – самым лучшим на свете, самым добрым и самым любящим папой. Они оба старались. Говорили о Таниных эфирах, о новых отцовских фотографиях и даже о том, что подарить маме на Новый год. Только вот о прошедшей субботе молчали. И об Илье. Как будто этого не было. Как будто это все вычеркнуто.

Но ведь не вычеркнуто. И свое помолвочное кольцо Таня не снимала, и перед сном подолгу разговаривала с Ильей по телефону, а он каждый

раз ей говорил:

- Я сегодня снова без пирожков.

И она каждый раз обещала напечь специально для него. А если честно, ей хотелось сбежать. Вот просто сбежать из собственного уютного,теплого, светлого дома и печь пирожки на кухне Ильи, слушая, как за стеной Модест Ильич ворчит какой-нибудь фугой, уступая пальцам пианиста.

Спасали эфиры, разговоры с Ильей и походы по магазиңам. Надо же подготовиться к пятнице! Предстоящее знакомство с родителями Ильи вселяло дополнительные волнения. А вдруг там все пройдет не лучше? А вдруг там все будет даже хуже? И как она встретится с его отцом? Ведь они уже… встречались? Узнает? Чтo скажет? Что подумает?

Платье удалось купить только накануне.