Бодрит, говорят, не хуже водички колодезной. Плюс ощутимый воспитательный эффект. Обмякшие тела зашевелились, раздались сперва стоны, потом крики и наконец – витиеватый мат пополам с чудовищными угрозами. Всё в порядке! Очухались. Может, даже и жить будут.

– Спрашиваю только раз. – Скудин наклонился над бандитом, который был справа, и, чтобы тот всё понял сразу, на ширину клинка отрезал ему ухо. – Кто послал? Где девушка? Паяльником которую?

В ответ – судорожные телодвижения, стоны, невнятные звуки а-ля хрестоматийный Герасим. Информации – ноль. Скудин понял по мимике, что у парня была сломана челюсть, досадливо сплюнул и занялся вторым.

Это был малый крепкий, накачанный. Сквозь дыру штанов у него на бедре виднелась татуировка.

– Где девушка? – вновь спросил Скудин. И без церемоний ткнул клиента трофейным ножом прямо в татуировку на заднице. Неглубоко, но чувствительно. – Считаю до трёх…

Психологический контакт был установлен моментально.

– Не надо… – Бандит дернулся, охнул и разлепил вздувшиеся губы. – Не надо…

В переводе на цензурный язык его чистосердечная исповедь свелась примерно к следующему.

Девка Натаха, чъим местонахождением интересовался Иван, в данный момент пребывала на своей «хате». Адрес которой, естественно, прилагался. Там же имел место и девкин «козёл» по имени вроде бы Серый. Но он сглупу дал бой и кого-то даже помял, и ему, чтоб не дёргался, так вмазали по рогам, что он клюв прикрыл и накрылся кедами. А послал братков по девкину душу Фима-звеньевой, тот, который бегает в поддужных у Семёна Рыжего. Послал за «углом», чемоданом то бишь. Вот они как могли его и искали…

– Аквариум – ваша работа? – полюбопытствовал Кудеяр.

Указал наверх и плавно повернул клинок. – Если ваша, то как?

– Мамой клянусь, я не при делах. – Бандит взвыл, выгнулся от боли, показывая разом все фиксы во рту. – Не при делах я… Не при делах…

– Не ори, – посоветовал Иван. – Говори толком.

Интересный повод для размышлений, но отложим их на потом. До более спокойных времён. Иван подошёл к телефону, набрал по памяти номер:

– Привет, это я. Что поделываешь? С младшеньким пиво пьёте? А мама не ругает?.. – Его подчинённый Глеб Буров жил в коммуналке вдвоём с мамой, плюс Борька Капустин в качестве, как он сам говорил, приживалки.

 – Не ругает, говоришь? С вами кружечку поднимает?.. Ну тогда-то… А теперь слушай сюда. По такому-то адресу хорошую девушку паяльником… Да, четверо отморозков. Крутые, на стволах, две тэтэшки, пээм и чезе-семьдесят пятый, и похоже, что все уже вмазавшиеся… Прогуляйтесь с младшеньким, хорошо? Косточки хоть разомнёте, а то засиделись небось… На твоё усмотрение, но я бы без сантиментов… Я с Пархатым попозже подгребу, встретимся на лавочке у парадной.