Она села на кровать стиснула зубы и стала молиться.

Алекс и Клэнтон говорили недолго.

Сьерра вышла из спальни, ожидая, что увидит угнетенного, подавленного сына, она была готова броситься на помощь и утешать. Клэнтон стоял у открытого холодильника.

— Что он сказал? — спросила Сьерра, несколько ошарашенная видом проголодавшегося сына. После серьезной ссоры у нее самой аппетит всегда пропадал.

Клэнтон выпрямился с пакетом молока в одной руке и контейнером с домашними кукурузными лепешками в другой.

— Он сказал, что не сердится на меня, но ему, по всей видимости, нужны неделя или две, прежде чем он сможет увидеться со мной.

Клэнтон пожал плечами, поставил молоко на стол и отправил в микроволновую печь контейнер со всеми лепешками.

Новость Сьерра узнала из разговора с Одрой, еще до того как Алекс позвонил в очередной раз.

— Прости, что? — воскликнула пораженная Сьерра.

Одра выпалила новость, даже забыв представиться.

— Алекс ушел от Элизабет, — повторила Одра. — В прошлую субботу он собрал свои вещи и ушел от нее. По какому-то поводу у них разразился хорошенький такой скандальчик с шумом и треском, и все это после того извержения Везувия, которое произошло в Коннектикуте.

Что, собственно, случилось в Коннектикуте? У Сьерры не было возможности спросить, поскольку Одра торопливо продолжала:

— Вернулся Алекс в понедельник грозный и мрачный как туча и предложил Стиву назначить ему в помощники кого-нибудь другого. Заявил, что не желает видеть Элизабет в радиусе десяти футов от себя. Она пришла на работу часом позже. Стив коротко поговорил с ней. Кроме того, что она подала заявление и ушла, больше Стив мне ничего не сказал.

— И где сейчас живет Алекс?

— В одном из отелей на Беверли-Хиллс, думаю. Хочешь, узнаю номер его телефона?

Сьерра задумалась на мгновение.

— Нет. Он позвонит сам, когда будет готов к разговору. Он пообещал Клэнтону связаться с ним и с Каролиной через недельку-другую.

— Ты не хочешь переброситься с ним парой слов?

— Я уже достаточно много наговорила. Как всегда.

Алекс не позвонил, он заехал. Не вечером в пятницу, а в субботу, под проливным дождем. Она услышала звонок в дверь, потом голоса детей, разговаривающих с кем-то.

Они никогда бы не пустили чужих людей на порог, а значит, предположила Сьерра, то был один из друзей или ее соседка, Фрэнсис, с очередной вкуснятиной, готовить которую она научилась на кулинарных курсах.

Сердце Сьерры болезненно сжалось при звуке его голоса. К счастью, она прочно стояла на стремянке, золотой акриловой краской увлеченно делая последние мазки в композиции с подсолнухами, которой она украшала стену своей спальни. За последние две недели она успела расписать полстены.