В остальном – молодая, здоровая, избалованная и ни к чему не приспособленная восемнадцатилетняя девица.

- Приспособлю, научу, перевоспитаю, - баронет кивнул, показывая, что принял к сведению.

Расстались довольные друг другом.

После возвращения во дворец Его величество ждала радостная новость – Варийский умирать передумал. Дорен отправил магписьмо Рассветному, и через несколько минут уже его встречал.

Навестив счастливое семейство, ещё раз полюбовавшись на малышку и на её вполне живых, хоть и пока бледноватых родителей, монархи с чувством и толком отметили это событие уже в Рассветном королевстве, приговорив под такую радость несколько бутылок.

- А что б нам, Дорен, не породниться? – выдал Рассветный. – У тебя младшему племяннику сколько?

- Дени? Ш-шесть.

- Моей внучке Ани три! Чем-м не пара?

Не слишком трезвые самодержцы зависли, прикидывая перспективы.

- А знаешь – годится! – император попытался кивнуть, но потерял равновесие и слегка промазал мимо кресла. – Пол скользкий, горничные трудолюбивые – как намыли!

- Да, у меня прислуга – у-ух! Значит, одобряешь? Тогда подрастут – познакомим. Но ес-сли парень мне не понравится – не отдам! Если избалован, да лодырь или будет ходок – извини! Я внучке счастья хочу!

- В-вос-спитаю! – Дорен стукнул себя кулаком по груди. – Обещаю – не придерёшься! Только и ты свою не б-балуй, а то получим ещ-щё одну маркиз-зку!

- Не! Я ей не враг!

Разошлись далеко заполночь, а утром, после того как целитель поправил императору здоровье, Его величество лично проводил в портал вереницу сундуков, сумок, мешков и всю обещанную баронету птицу и скотину. Невесту переправили под заклятьем немоты. Когда переход схлопнулся, известив, что все благополучно достигли точки выхода, император облегчённо выдохнул и осенил себя знаком Трёх – спасибо, Братья!

Теперь нужно было разобраться с Советом.

Менталист в Империи был один, поэтому провозились с Главами до самого вечера.

Дорен кривился, вынужденно выслушивая все секреты высших, часто довольно грязные. Все их планы и надежды, мечты, поступки и прегрешения. Ментальная магия выворачивала наизнанку, заставляла торопливо рассказывать даже то, о чём и сам забыл или о чём второй раз подумать боялся.

Конечно, он понимал, что у взрослых мужчин полно секретов, что ни один человек не может быть кристально чистым и правильным, любой рано или поздно оступается, совершает ошибку или допускает не красящий его поступок. Вся разница лишь в том, что кто-то оступился один раз, а потом старается не повторять, переживает и всё такое. А кто-то продолжает идти той же дорогой, не оглядываясь на тех, кого нечаянно или специально растоптал.