– Левандовский обвёл рукой группу людей так, будто, будучи хостес в ресторане, искал свободный столик на многочисленных гостей. – Танорг, очевидно, принудил тебя принять гостей, и чтобы побыстрее справиться с обязанностями, ты заказал…

– Ложь! Сражайся как воин и отвечай за свои слова! – прошипел Шонхорн, резко нагнулся и метнул дентайр.

Клинок беззвучно вошёл в землю в десяти сантиметрах от травмированной ступни Левандовского. Если бы ларк хотел, то рукоять уже торчала бы из ноги таноржца… или из его груди. Кадык Логана дёрнулся, кровь отхлынула от лица, и я поняла, что он не рассчитывал, что всё зайдёт так далеко.

Он намеренно злил того, кого считал вождём, но что-то пошло не по плану.

– Оружие не должно быть в руках слабых, но для тебя я сделаю исключение! – заревел Шонхорн не своим голосом и двинулся на того, кто так опрометчиво поливал грязью местных жителей. – Бери дентайр, трус! Я порву тебя голыми руками!

Лицо таноржца исказила гримаса ужаса и неверия, похоже, он до последнего был уверен, что боя не будет. Секунда-другая… Время растянулось в вечность. Я видела, как Логан наклоняется и неумело хватается за ручку непривычного клинка, с усилием выдёргивает из земли и выставляет перед собой, а рассвирепевший ларк летит на острие, сжимая кулачищи.

Мне как агенту таурель-класса, не раз видевшему и анализировавшему рукопашную борьбу в замедленной съёмке, было очевидно, кто выйдет победителем. Шонхорн просто поднырнёт или обойдёт лезвие со стороны и с одного удара уложит, если действительно не убьёт, идиота-таноржца…

Но этого не произошло. Не менее большое и мускулистое тело врезалось в бок Шонхорна и повалило его на землю, одновременно каким-то немыслимым движением выбивая клинок из рук Логана.

– Терекх, нет! – коротко вскрикнула Танита, прижимая обе руки к груди. Этот вскрик с хлопком проколол пузырь времени, и терции понеслись с такой скоростью, что я больше не успевала следить за стремительно меняющейся картинкой.

Ларки принялись остервенело драться, вколачивая в торсы друг друга мощные удары, от которых у людей уже точно сломались бы кости. Послышались утробные, глухие и рычащие звуки. Клубок татуированных мускулистых тел снес шатер, оставив вмятину на земле, врезался в дерево, с хрустом сломил другое… Я не могла рассмотреть, что происходит, но волосы на теле встали дыбом от кипящей густой ярости, которая выплёскивалась из обоих бойцов.

И что самое страшное – они дрались молча.

Сердце испуганно замерло, когда сцепившиеся не на шутку мужчины задели костёр и ввысь взметнулся рой красно-алых искр. Но ни один из мужчин не взвыл от боли. Наступившая тишина после криков и оров казалась сюрреалистичной.