Они не спеша прошлись до здания банка, где Мишка получил на руки всю причитающуюся ему за валюту сумму. Потом, вернувшись к контрразведке, Мишка отвязал коня и, попрощавшись с контрразведчиком, прыгнул на облучок.

Вернувшись в станицу, он первым делом навестил атамана. Отдав ему деньги, Мишка выслушал кучу хвалебных отзывов своим талантам стратега и отправился домой. То, что раздел добычи поручили атаману, было естественно. Укрывать добычу от станичников было не принято. Тем более что всё остальное, навроде оружия и боеприпасов, реализовывалось через местных торговцев. В общем, атаману предстояло после всех коммерческих операций удержать часть средств в казну сотни, а остальное разделить между теми, кто участвовал в операции.

"

"Едва войдя в дом, Мишка сходу подхватил на руки заплаканную Танюшку и, прижав её к себе, уселся на лавку у двери. Чуть слышно всхлипывая, девочка доверчиво прижалась к нему и притихла, обхватив ручонками за шею. Понимая, что все слова сейчас будут лишними, парень просто обнял ребёнка, ласково поглаживая по спинке. Так их и застали женщины, вернувшиеся с огорода. Это Мишка понял по испачканным землёй рукам обеих.

Увидев его, тётка испуганно ойкнула и тут же повалилась на колени. Настя отстала от неё буквально на пару секунд.

Вздохнув, Мишка пересадил Танюшку поудобнее и, откашлявшись, устало велел:

— Встаньте уже. Чего уж теперь-то.

— Прости, Мишенька! — взвыла тётка не хуже пароходной сирены.

— Не голоси, мама Глаша, — скривился парень. — Чем полы подолами мести, лучше бы на стол собрали. Есть охота.

— Ой, я сейчас, Миша, — подскочила Настя ошпаренной кошкой.

Спустя пять минут стол буквально ломился от разносолов. Женщины и вправду постарались.

Даже штофик с водкой выставить рискнули. Укоризненно посмотрев на спиртное, Мишка перешёл к столу и, усадив Танюшку рядом с собой, проворчал, глядя на стоящих в сторонке женщин:

— Садитесь к столу. Нечего стенки подпирать. И без вас не упадут.

— Миша, ну, не сердись, — тихо попросила Настя, погладив его по руке.

— Да не сержусь я, — вздохнул парень. — Это поначалу готов был плетью шкуры с обеих спустить. А теперь… — он замолчал, растерянно махнув рукой. — Ну когда вы поймёте, что я ничего просто так не говорю? — не удержавшись, спросил он.

— Так думали, забылось всё уже, — растерянно призналась Глафира.

— Такие дела просто так не забываются, — снова вздохнул Мишка, подвигая к себе миску со щами.

Поев, а точнее, объевшись до сонной одури, но так и не притронувшись к водке, он отвалился от стола, сыто отдуваясь.

— А как было-то всё, сынок? — осторожно спросила тётка, не сдержав любопытства.

— Повезло, что пластуны те места как свой кисет знают. Обошли короткой дорогой да переняли, до того как похитители с основной бандой сошлись.