Ему никогда в жизни не было так стыдно и обидно, как тогда, когда он покидал место свидетеля, а его показания были разорваны в клочья и, больше того, использованы в качестве основания для освобождения подзащитного. Если б в зал суда можно было заходить со своим табельным оружием, в тот день на земле стало бы одним адвокатом меньше.

Сет пересек комнату. Заместитель судмедэксперта, дородный седой мужчина, нещадно потеющий, несмотря на утреннюю свежесть за окном, опустил на трупе юбку. Присев на корточки, Фрэнк изучил изящную руку, после чего осмотрел лицо женщины.

Похоже, ее здорово избили. Одежда была пропитана продуктами жизнедеятельности организма. Вместе со смертью практически сразу же наступает расслабление сфинктера. Сочетание результирующих запахов было не из приятных. К счастью, несмотря на открытое окно, заражение насекомыми-паразитами было минимальным. Хотя криминалист-энтомолог, как правило, может установить время смерти точнее, чем патологоанатом, ни одного следователя не радует мысль обследовать человеческое тело, превратившееся в столовую для насекомых.

– Каково приблизительное время смерти? – спросил Фрэнк у судмедэксперта.

– От ректального термометра никакого прока не будет, если учесть, что температура тела опускается за час на полтора градуса. От семидесяти двух до восьмидесяти четырех часов. Скажу точнее после вскрытия. – Судмедэксперт выпрямился. – Огнестрельные ранения в голову, – добавил он, хотя ни у кого из присутствующих не было сомнений в том, что стало причиной смерти женщины.

– Я обратил внимание на следы у нее на шее.

Смерив Фрэнка взглядом, судмедэксперт пожал плечами.

– Да, они есть.

Пока что я не могу сказать, что они означают.

– Я бы хотел получить результаты как можно скорее.

– Получишь. С подобными убийствами мы имеем дело нечасто. Сам знаешь, они получают приоритет.

Следователь слегка поморщился, услышав это замечание.

– Надеюсь, ты получишь удовольствие, общаясь с прессой. – Судмедэксперт выразительно посмотрел на него. – Журналисты набросятся на тебя роем пчел.

Судмедэксперт пожал плечами.

– Уж лучше ты, чем я. Я уже слишком стар для этого дерьма. Ее можно забирать.

Собрав свои принадлежности, он ушел.

Фрэнк поднес к лицу маленькую ухоженную руку, посмотрел на ногти с профессиональным маникюром. Обратил внимание на ссадины на пальцах – вероятно, следы борьбы. Тело сильно раздулось; процесс разложения шел полным ходом, и повсюду орудовали бактерии. Трупное окоченение давно прошло, из чего следовало, что с момента смерти прошло значительно больше сорока восьми часов. Вместе с распадом мягких тканей конечности снова становились гибкими. Фрэнк вздохнул. Да, женщина уже долго лежала здесь.