Он протянул следователю пакет.

Развернув бумагу, Фрэнк увидел видеокассету.

Фландерс снял шляпу, обнажая лысину с пучками похожих на вату волос вокруг ушей.

– Снял очень хорошие кадры, как я и говорил, – возбужденно продолжал он. – Президента, и то, как застрелили этого беднягу. Все снял. Господи, точно. Понимаете, я следил за президентом. И попал прямо на фейерверк.

Фрэнк молча смотрел на старика.

– Все это здесь, лейтенант. Не знаю, будет ли вам из этого какой-либо толк… – Фландерс посмотрел на часы. – Так. Мне пора идти, а то я опоздаю на обед.

Жена это не любит.

Он направился к выходу. Сет уставился на видеокассету.

– Да, лейтенант, и еще одно.

– Если от моей съемки будет какой-нибудь толк, как вы думаете, когда о ней напишут, мою фамилию упомянут?

– Напишут о ней? – Фрэнк покачал головой.

– Ну да! – взволнованно подтвердил старик. – Понимаете, историки. Они назовут ее «кассетой Фландерса», как-нибудь так… Может быть, «видео Фландерса». Понимаете, как это бывало прежде…

– Как это бывало прежде? – Фрэнк устало потер виски.

У Сета на лице наконец отразилось понимание.

– Я прослежу за тем, чтобы об этом узнали все, мистер Фландерс. Обязательно. Ваша фамилия войдет в историю.

– Вот и отлично. – Старик радостно потряс пальцем. – История – это мне нравится. Всего хорошего, лейтенант.

Ричмонд рассеянно махнул рукой, приглашая Рассел войти, после чего снова заглянул в лежащую перед ним тетрадь. Закончив, он закрыл тетрадь и посмотрел на главу своей администрации; его взгляд оставался непроницаемым.

Какое-то мгновение Рассел колебалась, нервно сплетая и расплетая пальцы и уставившись на ковер.

Затем она торопливо прошла через комнату и скорее упала, чем села, в кресло.

– Даже не знаю, что тебе сказать, Алан. Я сознаю, что мое поведение, абсолютно неподобающее, невозможно оправдать. Могу только сказать, что на меня нашло затмение.

– Значит, ты не собираешься убеждать меня в том, что таким образом действовала в моих интересах? – Ричмонд вернулся в кресло, не отрывая взгляда от Рассел.

– Нет, не собираюсь. Я пришла, чтобы подать прошение об отставке.

– Похоже, я все-таки недооценил тебя, Глория. – Президент усмехнулся и, встав, подошел к столу и облокотился на него, лицом к Рассел. – Напротив, твое поведение было абсолютно подобающим. На твоем месте я поступил бы в точности так же.

Она подняла на него взгляд. На лице у нее отразилось изумление.

– Ты догадался, что я собиралась сделать?

– Разумеется, Глория. Я не виню тебя в том, что ты воспользовалась ситуацией, дабы постараться выжать из нее максимальную выгоду.