И юноше не верилось, что Храм, подчиняя себе всех, добрался и до животных. Если бы они попытались провернуть что-то подобное, об этом стало бы известно — вся страна следит за действиями Храмовников.

Высший король? Нет, слухи уже разнеслись бы во все концы его владений. И Валкару не под силу было смести с лица земли горное убежище мятежников. Если бы он владел такой мощью, все восточные земли уже лежали бы под властью Храма.

Нет, что-то стояло за спиной короля и Храма. Может, именно эта сила неизвестно почему гонит сейчас войска на юг? Понятно, что армия будет маршировать, пока не доберётся до обжитых земель, куда не докатилась прошлая война.

Крин вспомнил историю Раскана — мага, который обратил мир в пепел. Но это было давным-давно. Он наверняка умер много лет назад. Легенда гласила, что Раскан исчез. Но разве это не одно и то же? А если… рука юноши коснулась рукояти Дарующего Надежду… если кто-то принял силу Раскана? Вот как он, Крин, взял себе отцовский меч. И теперь этот некто решил, что настало время действовать? Не исключено. Вот только ни один меч не смог бы устроить землетрясение. Крин затруднился представить, какое оружие мог оставить Раскан своему последователю. И вздрогнул, услышав рядом фразу, соответствующую теме его раздумий.

— Ну и штучка! — сказал один из охранников и потянулся к миске с солёными крендельками, которую поставил перед гостями трактирщик.

— Да, девица с характером, — согласился его товарищ. — Хочет стать важной госпожой и рассчитывает, что Дан преподнесёт ей все на блюдечке. Я бы не рискнул заступать дорогу колоссианкам. Помнишь, как они распоряжаются у себя дома?

— Но ведь та, другая, жрица! Софина не станет с ней связываться.

Крин сообразил, что они говорят о Нош. Значит, у неё проблемы с женой караванщика? Ну, его это не касается, семейные дела пусть улаживают в семье.

— Ты подпишешь контракт снова? — спросил первый охранник, сменив тему разговора.

— Дан слово держит. Да, наверное, на следующий год снова подпишу, — кивнул второй.

— А ты, Наследник? — спросили у Крина.

— Вернусь в Даст к своему лорду, — коротко ответил юноша.

— Тяжело жить… вне закона, — сочувственно вздохнул первый охранник.

— Живём, как умеем. А тяжёлую жизнь мы устраиваем Храму и Валкару.

— Этот Валкар… его ведь ещё называют Голосом? — спросил второй страж. — Говорили, что весной в Казгар приходили послы от него. Но если этот Валкар надеялся завязать с нами торговлю, то шиш у него получился. Они убрались из города, как псы, которым дали пинка под зад.

И довольно ухмыльнулся.

— Не все, Сальсер, — возразил его приятель. — Как раз перед тем, как хозяин повёл караван, я видал одного. Стоял на базаре, одетый, как будто всю жизнь прожил в городе.