Нет смысла его за дверью оставлять, все равно будет в домофон трезвонить. Поэтому не захлопываю дверь в квартиру и иду к лифту.

- Ты бы за языком следила! - слышу вслед.

- Мне можно, мне Теодор разрешил. - отвечаю, не поворачиваясь, и вызываю лифт, дверь которого тут же открываются.

Захожу в лифт и моих губ касается улыбка, ведь Маркус все еще смотрит.

- Придурок. - перестаю улыбаться и шепчу, как только двери закрываются и начинается движение вниз.

Нельзя мне так пить. Знаю ведь, как плохо бывает после этого. Но компания вчера была и правда приятная, считай и не заметил, как накидался.

Еще и малышку пригрузил. Но был счастлив, когда она появилась, вечер точно стал лучшим за последние несколько лет.

И засыпать, обнимая ее, было спокойно. Впервые не видел кошмары.

Только проснулся один.

Хотя шум, доносящийся со стороны кухни, указывает на ее присутствие.

Скатываюсь с кровати. Хватаю первую подвернувшуюся футболку и выхожу из комнаты. До дрожи во всем теле хочу обнять Звездочку.

- Доброе утро, братик! - на диване вальяжно сидит Маркус.

Осматриваюсь по сторонам.

- Она ушла. Впустила меня и свалила. А ты видимо хорошо погулял вчера, помято выглядишь.

- Зачем приперся? - прохожу мимо него к холодильнику, сушит.

- Какой злюка! - наигранно обижается.

От одного его вида тошно. Не верится, что у нас одни гены. Человека глупее не встречал.

Открываю холодную воду и жадно делаю большие глотки.

- Ладно, я вообще-то предупредить тебя приехал. Папуля очень зол из-за твоих выходок. И я от этого страдаю, вчера карточку забрал, потому что из-за тебя под горячую руку попал!

- Можешь в неприятности не влипать?

- Ты мне будешь о неприятностях говорить? - хочется запустить ему бутылку в голову.

- Я тоже буду паинькой! Обещаю!

- Маркус, вали нахер из моей квартиры. И на глаза не попадайся. Напоминаю, я общаюсь с тобой только в присутствии отца, в остальное время видеть не хочу. - со стуком ставлю бутылку на столешницу.

- Зачем ты так… - веселое настроение испаряется. - Я ведь просто…

- Проваливай! - рычу.

- Ухожу. - поднимается и хмурит брови. - Но все равно скажу. Ты сильно изменился, Теодор. И вкус у тебя дерьмовый стал, раз спишь с подобными бледными мышами.

Усмехаюсь и опускаю голову.

- Лучше не заикайся о Лизе. За нее я тебя на куски порву.

- сжимаю ладони кулаки и это действие от него не ускользает. - До трех считаю.

Выдыхаю только когда дверь захлопывается.

Пусть и не рад был Маркусу, но сказал то, что подняло настроение. Отец зол. А это именно то, чего я добивался. Я на верном пути. Сейчас он просто зол, а совсем скоро будет в бешенстве и отчаянии.

Достаю телефон и открываю сообщения.

Теодор: «Спасибо, Звездочка. Пообедаем завтра?»

Во круг меня всегда было множество девушек. Многие пытались сделать так, чтобы мы стали парой.