Поскольку тетя всегда настаивала на соблюдении порядка, у меня в спальне и так было убрано, осталось лишь оправить простыню, застелить кровать покрывалом и прислонить Мэгги-мишку к подушке. Само собой, показывать Брайсу свою спальню я не собиралась, но если ему понадобится в туалет, и он мельком увидит ее, то наверняка заметит, что у меня полный порядок.

Впрочем, какая разница.

Я вымыла и вытерла тарелку, стакан и остальную посуду, которой пользовалась за завтраком, а в остальном в кухне и так царила чистота. Отдернув шторы, я впустила в дом свет, сделала глубокий вдох и направилась к входной двери.

Открыла и увидела, что Брайс сидит на крыльце, взгромоздив ноги на перила.

– А, привет, – сказал он, услышав меня, подровнял стопку, поднялся и вдруг замер. И уставился на меня так, будто видел в первый раз. – Вот это да. Отлично выглядишь.

– Сейчас, только бумаги соберу.

Он подхватил стопку, я отступила, пропуская его в дверь. Шагнув в дом, он остановился, не зная, куда идти.

– Кухонный стол подойдет, – указала я. – За ним я обычно занимаюсь.

– В самый раз, – согласился он.

В кухне он положил стопку на стол, сверху пристроил конверт и занял стул, на котором я завтракала. А я тем временем все еще думала о том, что Брайс сказал мне на крыльце, и хоть я сама пригласила его в дом, мне не верилось, что он сидит за кухонным столом – как будто такое можно увидеть только по телевизору или в кино, но никак не в реальной жизни.

Встряхнувшись, я решила, что пора собраться с мыслями. Зашла в кухню, свернула к шкафу у раковины.

– Воды хочешь? Я как раз собиралась выпить.

– Спасибо, было бы кстати.

Я налила воды в два стакана, перенесла их на стол, потом села на место, которое обычно занимала за столом тетя. И поразилась тому, насколько иначе смотрелся дом с этого ракурса, а потом задумалась, каким он кажется Брайсу.

– Видел мой реферат?

– Да, прочитал, – кивнул он. – Тэргуд Маршалл был одним из самых выдающихся юристов всех времен. Ты сама его выбрала или так учитель решил?

– Повезло тебе – о нем много можно написать, – он скрестил руки на груди. – Начнем вот с чего.

Этого вопроса я не ожидала, поэтому ненадолго задумалась.

– Наверное, нормально. Тем более что учусь сама, без помощи учителей. Правда, недавние проверочные и контрольные я написала так себе, но у меня еще есть время исправить отметки.

– А ты хочешь их исправить?

– Я вырос, постоянно слыша от мамы: «Нет никакого преподавания, есть только учеба». Слышал я это больше сотни раз, но долгое время не понимал, что она имеет в виду.