– Наивный Ангел, – засмеялся он. – По выстрелу за вопрос. Но ты должна попасть в мишень.

В его голосе было слышно не просто сомнение в том, что у нее это получится, но и полная уверенность в том, что она промахнется. Алекс гордо вздернула подбородок и взяла оружие в руки. Как только она ощутила его тяжесть, воспоминания об отце накрыли ее.

– Левая нога вперед, Алекс. Смести на нее вес. Твое тело должно быть неподвижно, а правая рука полностью выпрямлена.

– Папа, я больше не могу. У меня руки болят.

– Боец не жалуется, Алекс. Терпи, ты же хочешь пойти по моим стопам? Это были твои слова, милая.

Ее пальцы вспомнили, и, не задумываясь, она сразу же правильно взяла пистолет, чем вызвала удивление Хангера, пусть он и не показал этого. Она повернулась к мишени и прицелилась.

«– Мушка должна быть ровной, Алекс. Помни об этом. Только тогда прицел будет точным.

– Держи пистолет, словно обеденную ложку. Не сжимай его сильно. Это лишь добавит колебаний».

Голос отца звучал в мыслях, возвращая ее в дни детства. Она встала в стойку, прицелилась и выстрелила. Звук выстрела оглушил ее на минуту.

Сердце бешено стучало в груди, а кровь яростно бежала по венам. Она тяжело дышала, но ей безумно понравилось это чувство. Ей казалось, что она освободилась от внутренних барьеров. Словно что-то взорвалось внутри.

Нет, она не попала в сердце, но попала в мишень, и после того как Алекс поняла это, она быстро повернулась и с вызовом посмотрела на Хангера.

– Когда он вернется? – сразу же задала она самый главный вопрос.

– Через пару дней, скорее всего, на выходных, – все еще не веря в ее удачу, ответил он.

Алекс кивнула и снова повернулась к мишени.

Выстрел прозвучал, и она вновь попала в цель. Но все же слегка скривилась, так и видя, как отец качает головой, говоря, что он учил ее лучше. Но это все, что она могла вспомнить. Без постоянной практики ее умение исчезло, и она давно забыла о нем, стараясь угодить матери. Сейчас Алекс вспомнила, как первый месяц после смерти отца постоянно находилась в тире, заглушая боль выстрелами.

– Ты хочешь закончить так, как твой отец? С пулей во лбу?! – кричала ее мать, когда она наконец возвращалась домой поздно вечером.

 – Не смей больше ходить туда! Ты меня слышишь? Не смей!

Алекс выстрелила снова, а потом еще раз и еще. Она нажимала на курок, пока не кончились патроны. Она тяжело дышала, но глаза искрились ярким светом.

– Не такой ты и ангел, оказывается, – произнес за ее спиной Хангер. – Видно, что ты не девственница и знакома с этим прибором.

– Пошло, Хангер, слишком пошло, – с улыбкой произнесла она и сразу же услышала его дикий смех, который сейчас ей казался таким заразительным.

– Мы не скажем об этом Дьяволу.