Почувствовав, как кровь прилила к щекам, я отвернулась обратно к свиным котлетам, которые жарила. Одно было ясно, я нравилась Таю, в сексуальном плане так точно, и что делать с этим – я не знала.

Конечно, со мной и раньше флиртовали мужчины, но никогда такие, как Тай. На самом деле, он даже не заигрывал. Тай просто следовал своим желаниям. Если он хотел коснуться меня, то не спрашивал разрешения. А если ему было нужно, чтобы я стояла рядом, то он просто переносил меня на руках в интересующее его место. А если желал пялиться на мой зад, то смотрел, даже и не думая извиняться. Тай с такой легкостью прикасался ко мне или просто держался рядом. Это не походило на мягкое ухаживание. Он вел себя, как ревнивый собственник, и это как-то странно на меня влияло. Может, именно поэтому я никогда раньше особо не проявляла интереса к мужчинам, ведь никто из них и не вел себя, как Тай. Чтобы он не сделал, это вызывало у меня реакцию, и это чертовски пугало.

Каждый раз, когда Тай дотрагивался до меня, мое тело оживало. В начале, я старалась избежать некоторых его прикосновений, стесняясь и чувствуя неуверенность в том, что именно они заставляют меня испытывать. Но по мере того, как день клонился к вечеру, я все чаще замечала за собой, что начинаю тянуться к Таю, ожидая, когда он снова возьмет меня за руку. Я становилась зависимой от его касаний, и это пугало меня еще больше.

Будет ужасно, если у нас с Таем начнутся отношения, а после рухнут прямо у меня на глазах. Мне и так сложно делить с ним нашего малыша, но что, если я полюблю Тая, а у нас ничего не получится? Ни одно сердце не сможет выдержать столько потерь. Каково будет смотреть, как семья, о которой я всегда мечтала, утекает у меня сквозь пальцы, как песок.

– Ужин скоро будет готов, – напомнила я Таю, даже не взглянув на него. Я все еще чувствовала, что щеки горят огнем. Он целый день заставлял меня краснеть. А когда мы встречали кого-то из его работников на ранчо, становилось только хуже. Тай очень явно заявлял на меня свои права, и я не была уверена, что думать об этом. Впрочем, он хотя бы перестал постоянно огрызаться. Такая милая перемена. Пару раз я даже смогла заметить ямочки на его щеках. Его взгляд стал мягче, и улыбка иногда освещала лицо.

– Пахнет просто потрясающе, милая. Я не ел домашней пищи с тех пор, как Долли уехала в колледж, – произнес Тай. Я сняла котлеты со сковородки и положила на тарелку, стоящую около плиты. Взяв блюдо, я направилась к обеденному столу, заметив, что Тай, не отрываясь, следит за мной.

– Она милая, – надеюсь, Долли почаще будет крутиться возле нас. Она была единственной женщиной, которую я тут видела. И мне понравилось, как она огрызнулась на Тая с утра. Хорошо бы и мне этому научиться. Был у меня такой недостаток, я не могла на грубость ответить тем же.