Узнав его, я тут же опускаю взгляд на тарелку.

Джейсон разглагольствует о совместимости Скорпионов и Львов, и я смотрю ему в глаза, надеясь, что он не замечает моего смятения. Но моя решимость рушится, потому что Грэм встал. Я не могу удержаться, чтобы не заглянуть через плечо Джейсона и не посмотреть, как Грэм, извинившись, встает из-за столика. Он снова встречается со мной взглядом и направляется в нашу сторону.

Я тереблю салфетку на коленях и удивляюсь, почему при виде Грэма начинаю волноваться гораздо больше, чем рядом с Джейсоном. Я встречаюсь взглядом с Грэмом прямо перед тем, как он подходит к столу.

Но как только я смотрю на него, он отводит взгляд. И коротко кивает головой в сторону, в которую идет. Он проходит мимо нашего столика, его рука едва касается моего локтя. Его палец на секунду касается моей кожи. Я резко втягиваю воздух.

– Сколько у тебя братьев и сестер?

Я кладу салфетку на стол.

– По-прежнему одна сестра. – Я отодвигаю стул. – Сейчас вернусь. Мне нужно в туалет.

Джейсон отъезжает назад, привстает, когда я ставлю стул на место. Я улыбаюсь ему и поворачиваю в сторону туалетов. К Грэму.

Почему я так волнуюсь?

Туалеты расположены в задней части ресторана.

Чтобы попасть в коридор, нужно свернуть за перегородку. Грэм уже скрылся за углом, поэтому я останавливаюсь, прежде чем повернуть. Кладу руку на грудь, надеясь, что это как-то успокоит разбушевавшиеся чувства. Быстро выдыхаю и захожу в коридор.

Грэм небрежно прислонился к стене, держа руку в кармане костюма. Его вид одновременно возбуждает и успокаивает меня, но я волнуюсь еще и потому, что мне неловко: я ведь так ни разу ему и не позвонила.

Грэм улыбается мне своей ленивой полуулыбкой.

Его глаза немного хмурятся, несмотря на улыбку, и мне это нравится. Не знаю почему. Мне нравится, что он всегда выглядит так, будто борется с постоянным внутренним смятением.

– Привет. – Я неловко останавливаюсь в нескольких футах от него.

– Грэм, – говорит он, касаясь своей груди. – На случай, если ты забыла.

– Ничего я не забыла. Довольно трудно забыть какую-либо деталь худшего дня в твоей жизни.

Мой ответ вызывает у него улыбку. Оттолкнувшись от стены, он делает шаг ко мне.

– Ты так и не позвонила.

Я пожимаю плечами, словно его номер телефона для меня ничего не значит.

На самом деле я смотрю на него каждый день. Записка все еще прилеплена к стене, там, где он ее оставил.

– Ты просил позвонить после того, как отомщу. Я как раз сейчас вернусь к орудию мести.

– Парень, с которым ты пришла?

Я киваю. Он подходит еще ближе, теперь между нами примерно два фута. Но мне кажется, что он навалился на меня.

– Ну а ты? – спрашиваю я. – Твое орудие мести – девчонка, с которой ты пришел?

– Моя месть свершилась две девчонки назад.

Мне не нравится его ответ.