Впрочем, их принадлежность к легиону, оставляла некоторый шанс.

Стараясь не показывать, насколько тяжело мне это даётся, я медленно выпрямился, встав в полный рост. Это привлекло внимание второго смертного, который оторвался от изучения анатомии царевны и тоже распрямился, смотря на меня. А я обратился к неизвестным.

— Для начала, склонить колени перед римским богом, куски вы козьего дерьма. Потом объяснить, что здесь происходит и где мой брат, Марс.

Солдат, который стоял ближе ко мне — тощий, с вытянутым лицом и бегающими глазами, сделал шаг назад, положив руку на рукоять гладиуса.

Оглянулся назад.

— Слышишь? Говорит, он бог римский. Как наш повелитель.

Второй — коренастый и выглядевший куда как крепче, скорчил издевательскую гримасу.

— Может и так. Только какая разница? Марс привёл нас на бойню. А мы и попёрлись, как идиоты. Зачем, для чего? Он ведь даже и не объяснил толком. Ну а богов мы тут повидали достаточно. Дохнут не хуже, чем все остальные. Всей разницы — богини громче орут, когда их в зад пользуешь. Не привыкли к такому.

Я мельком бросил взгляд на стену за его спиной, которая была усыпана множеством слабо светящихся предметов, визуально напоминающих раковины.

Отметил растительность, которая поднималась вверх, пытаясь дотянуться до света.

Внутри обоих смертных слабо мерцала сила. Тлели угольки почти потухших ядер и светились каналы энергетического каркаса. Они были Одарёнными. Весьма сильными, раз сохранили какой-то объём энергии.

Разум сразу же подбросил иной вариант — они набрали эту мощь уже здесь, расправляясь с теми, кто угодил на борт судна тем же путём, что и мы. Но критично это сути дела не меняло.

— Вы же понимаете, что я убью вас? Где мы? Что здесь происходит?

Тощий смотрел на меня с выражением некоторого опасения.

Тогда как крепыш коротко хохотнул и сделал шаг вперёд, выдёргивая ноги из грязи.

— Убьёшь? Как? Взглядом своим испепелишь? Ну давай, попробуй.

Оглянувшись назад, поставил ногу на бедро Дарьи, утопив его в вязкой земле. Издевательски глянул на меня.

— Чего ждёшь? Может её прямо тут и поиметь, чтобы ты достаточно разозлился? Или вторую трахнуть? Тебе конец, идиот. Смирись и подставь шею под нож. Тогда я буду с ними нежен. Возможно.

Я потянулся к «искре» ещё на первых его словах.

И с трудом устоял на ногах — сила пусть и была, но оборачиваться в какое-то плетение или просто выходить наружу, упорно не желала. А каждая новая попытка приводила к очередному приступу боли, который рвал всё тело.

Заметивший это крепыш, довольно ухмыльнулся.

— Видишь? Никаких вариантов у тебя нет.

Клинок, который находился в пространственном хранилище, тоже был недоступен. Но вот про варианты, это он зря — с недавних пор я носил на поясе кинжал Вольных и кобуру с их же револьвером.