Даже с помощью соратников, удерживать его стабильность удавалось с большим трудом.

У легионеров дела обстояли ещё хуже. То один, то другой превращались в изувеченные и полностью лишённые энергии куски плоти, что плавали в межмировой пустоте. Не уверен, сколько именно воинов мы потеряли, но кажется счёт уже шёл на десятки.

— Сиятельство! Надо что-то делать!

Голос Оболенского прорвался через скрежет и завывания силы, которая бурлила безумным хаосом около барьера, полностью перекрывая обзор.

Мелькнула мысль, что возможно и правда пора. Но я немедленно загнал её в глубины разума.

Противник должен был увериться, что мы действительно застигнуты врасплох и сражаемся только обычными методами. Что означает — не готовы к применению своего «оружия против Меркурия из Древа», чем бы они ни было.

Поэтому, пока я ограничился тем, что бросил в бой Сандала. До того дракон находился в тылу. Правда не нашем, а противника — в своём призрачном облике и под многослойным пологом невидимости. Так что они здорово удивились, когда сзади на них обрушился поток яростного пламени, а потом появился и его крылатый источник, вскрывший когтями защиту одного из богов и сразу же разорвавший того на куски.

Минус был в том, что циклопово отродье наносило ущерб и после смерти — энергия Бездны, которая выплёскивалась из умирающих, туманом заволокла окружающее пространство и к ней моментально потянулись все уцелевшие воины врага, впитывая силу, либо формируя из неё конструкты.

Пришлось несколько раз кряду ударить волнами огня, выжигая хотя бы часть этой дряни.

Имелся и ещё один побочный эффект — энергетические артефакты, которые я соединил с компонентами своей «искры» сейчас отчаянно пульсировали.

Даже в изменённом состоянии, сила Бездны чувствовали поблизости родственную мощь и рвалась соединиться с ней.

Сложно сказать, сколько именно длилась битва. Но увидев, что на помощь первому отряду пришло ещё несколько десятков фигур, я понял, что пожалуй стоит начинать. Тем более, численность легионеров тоже здорово сократилась — в строю осталось не больше двухсот гвардейцев Марса и противостоять противнику, с учётом подошедшего подкрепления, они явно были не в состоянии.

Я потянулся самому перспективному плетению, которое предполагалось использовать первым.

Влил силы в его управляющий контур, пропустив ту через энергетический артефакт, наполненный мощью Бездны. И ударил.

Ощущения были странными — было непривычно управлять энергией Бездны, пусть я и смог здорово скорректировать её формат. Она вела себя так, как будто была живой, что кардинально отличалось от поведения обычной силы. Я привык, что последняя представляла собой обычный строительный материал для создания конструктов и плетений.