— Хорошо, из какой вы семьи? Кто ваши родители?

— Отец был торговцем, он умер почти четыре месяца назад. У меня есть мама и младшая сестра.

— Торговцем! — Ахнула Правительница, заставляя меня криво ухмыльнутся.

— Все правильно, торговцем тканей.

— Несчастный случай, попал в потасовку между жителями разных королевств.

— И вы спокойно сидите между драконами этих королевств? — Хмыкнул мужчина.

— Не вижу в этом никакой связи. — Холодно и уверенно проговорила я. — Моего отца никто из них не убивал.

— Но вы же понимаете, что все взаимосвязано и началось еще с вашей прошлой жизни? Вы, к сведенью, заняли не последнее место в этой вражде. — Прищурился мужчина, заставляя меня скрипнуть зубами.

— Но вы же понимаете, что все взаимосвязано и началось еще с вашей прошлой жизни? Вы, к сведенью, заняли не последнее место в этой вражде. — Прищурился мужчина, заставляя меня скрипнуть зубами.

— Смею с вами не согласиться. — Мотнула я головой. — Одна глупая девушка вряд ли смогла бы причинить столько вреда.

— А два дракона, разум которых затуманен горем потери пары?

Вздохнув, я посмотрела на мужчину, криво ухмыляясь. Перекладывать ответственность на принцессу и меня в частности, было очень по-мужски. Мне аж захотелось похвалить способность мужчины видеть только то, что ему нужно. Или я ошибаюсь, и он попросту проверят меня. Понять бы еще, что именно он хочет увидеть или услышать.

— Возможно. — Хмыкнула я, схватив своих было дернувшихся мужчин за руки. — Но разве вам не кажется это странным, да и где были остальные драконы в это время? Хотите сказать, что Варрил и Мидгард бесновали в это время одни? Сами все разрушили? Или может вместо того, что остановить их, вразумить, все не начали помогать им в трудную минуту, сражаясь с драконами других стихий…

Мужчина поджал губы, не отрывая от меня взгляда. Я же не собиралась блеять что-то или просить прощения за свой порыв. Тыкать в прошлые ошибки все могут, а вот принять свои, как оказалось, не очень. Да и не привыкла я отступать, если уверена, что права. Все виноваты, без разбора, кто-то больше, кто-то меньше, но обвинять во всем принцессу, при этом сделав день ее смерти — Днем Памяти, принося подношения умершим, глупо.

Я ни в коем случае не оправдываю ее, да и лично мне принцесса совершенно не нравится. Я не чувствую родства с ней, не расцениваю ее поступки, как свои, хотя понимаю, почему и зачем она сбросилась с обрыва мне еще предстоит узнать, пусть и не особо приятным мне способом, последствии снов. И возможно, я многое переосмыслю, побывав в чужой шкуре, но вряд ли изменю свое мнение.

— Вы довольно остры на язык. — Склонив голову на бок, задумчиво проговорил мужчина. — Сразу и не скажешь, что в прошлом вы были принцессой Киалой.