От обычного храма этот отличался отличительной аурой божественного величия, что еще раз заставило меня увериться в том, что Матерь всего сущего благословила его или же сама и создала этот храм для своих детей.

Белые стены, белый потолок с мозаикой на нем, где отображалась женщина в белой рясе. Лицо Матери всего сущего рассмотреть было нереально, но я, не знаю благодаря чему, точно знала — это она.

Подойдя к небольшому постаменту, мы застыли, держась за руки, а старушка нам подбадривающе улыбнулась и, взяв с серебреного подноса две красные ленты, связала мои руки с руками мужчин, начиная читать молитву.

Ее слова лились, словно бушующая река, то уходя немного ввысь, то замирая. Рассматривать что-то еще больше не хотелось, наоборот, я словно заворожённая впитывала слова молитвы, прокручивая их в голове. Чувствуя, как они оседают внутри меня, связываются с моей сутью и стают частью меня.

— Произносите свои молитвы. — Проговорив эти слова, настоятельница храма, по-другому ее назвать просто язык не поворачивался, склонила перед нами голову и ушла, оставив нас наедине.

Лично мне хотелось сказать очень много, от обещаний в вечной любви, до стандартного — в горе и радости. Я готова была дни напролет говорить о том, как они дороги мне, как я счастлива просто быть рядом с ними, чувствовать их любовь и отдавать свою.

Все мои мысли о том, что можно сделать ради любви, а что нет, испарились, ведь я, как бы это банально не звучало, ради того, чтобы быть с ними готова была на многое. Хотя достаточно будет просто жить, сохраняя нашу любовь годами.

— Клянусь, в этой жизни и во всех, которые подарит мне Матерь всего сущего неизменно находить и ждать тебя. Клянусь любить тебя и оберегать, ни словом, ни действием не обижать тебя и всегда, как бы сложно мне ни было, стараться понять. — Выдохнул Варрил с улыбкой и в его глазах светилось такое обожание, от которого у меня на глазах слёзы наворачивались. — Клянусь, Мидгард… — продолжил он, посмотрев на водного дракона. — Стать тебе настоящим братом и принимать твою правду, как свою. Отныне между нами нет места ревности и соперничеству.

— Клянусь сделать все, чтобы ты никогда не познала горечи. — Выдохнул Мидгард, посмотрев на меня. — Клянусь хранить нашу семью от всех невзгод, быть надежным тылом для тебя и неизменно подставлять тебе свое плечо. — Улыбнувшись уголком губ, Мидгард пробормотал едва слышно «Я тебя люблю» и посмотрел на Варрила. — Клянусь Варрил, стать тебе настоящим братом и принимать твою правду, как свою. Отныне между нами нет места ревности и соперничеству.

Мужчины кивнули друг другу, а я прикусила губу, чувствуя, как по щекам покатились слезы радости.