Я знал, что вслед за «сладкой парочкой», как тень, будет следовать Никита Чернышев. Когда он установит местонахождение логова Парвуса, то по рации сообщит его координаты. Мы подтянемся туда. Далее, открыв дверь, мы аккуратно повяжем хозяина и, после непродолжительной беседы «по душам», установим адрес товарища Троцкого. За ним отправлюсь я и Олег Михеев. А Михаил Игнатьевич подъедет к дому Парвуса на вместительном дилижансе, управлять которым будет один из агентов русской военной разведки, погрузит в нее всех участников охоты за создателем теории перманентной революции.

Захватив по дороге Лейбу Троцкого, мы все дружной компанией отправимся к «окну» на германо-швейцарской границе.

Вся операция прошла как по маслу. Парвуса мы застали в «полуразобранном состоянии». Он уже готовился укладывать Натали в постель. Но тут вместо прелестного лица соблазненной им девицы, появились три весьма неаппетитные рожи, которые обошлись с хозяином квартиры безо всякого почтения.

Увидев меня, Парвус даже немного обрадовался. Он посчитал, что к нему вломились не агенты царской охранки, а ревнивый кавказец и его верные кунаки.

Но, когда я сказал, что с ним хочет познакомиться лично Александр Васильевич Тамбовцев, глава жуткой ГУГБ, в сравнении с которым даже Малюта Скуратов – это просто сестра милосердия, Александру Львовичу стало совсем нехорошо. Чтобы привести Парвуса в чувство, мне даже пришлось дать ему понюхать нашатырь.

Очнувшись, Парвус не стал запираться и с потрохами сдал своего коллегу по революционной работе Лейбу Бронштейна. После чего я отправился за еще одним клиентом, а ротмистр Познанский стал собирать в путь-дорогу вконец поскучневшего Парвуса, уже рисовавшего себе в воображении сцены пыток, которым его подвергнут в ужасной Новой Голландии.

Надо сказать, что с товарищем Троцким нам пришлось немного повозиться. Он попытался оказать нам сопротивление и даже схватился за спрятанный под подушкой «браунинг». Пришлось гасить его «по-взрослому», отправив в нирвану примерно на полчаса. Не хватало еще того, чтобы этот недоделанный революционер сумел продырявить кого-нибудь из нас. Мы заковали обмякшую тушку «демона революции» в наручники, потом завернули в плед и аккуратно погрузили в дилижанс.

Дело было сделано, мавр мог уходить не прощаясь.

Отход в сторону германской границы и переход через нее были не в пример легче, чем в прошлый раз, когда мы с Кобой и Ильичом удирали от агентов французских спецслужб. В этот раз никто нам не мешал, а в нужном месте нам даже подсветили фонарем. Встретил нас старый знакомый – криминальрат Ганс Кригер. Он с чувством пожал мне руку и с любопытством поглядев на хмурые лица Парвуса и Троцкого, усмехнулся.