Только мужчины способны на честные, преданные и великодушные отношения.

Дейзи считала это обидным. Ее и других неудачниц – вернее, бывших неудачниц – объединяло глубокое доверие. Они помогали и поддерживали друг друга без малейшего намека на соперничество или ревность. Дейзи любила Эви и Аннабеллу почти так же, как Лилиан. Она легко представляла себе, как в старости они вчетвером будут болтать за чаем о внуках и вместе путешествовать. Это будет дружная компания острых на язык седовласых дам.

– Никогда не поверю, что мистер Свифт ничего не знал об этом, – продолжала Лилиан. – Он лжец и заодно с отцом. Конечно, он хочет унаследовать компанию.

Лилиан и Эви сидели у окна в обитых парчой креслах, а Дейзи и Аннабелла, раскинув пышные юбки, устроились на полу. Пухлая малышка с темными кудряшками ползала между ними. Время от времени она останавливалась и, сосредоточенно нахмурившись, подбирала что-то с ковра крошечными пальчиками.

Дочурка Изабелла родилась у Аннабеллы и Саймона Хант приблизительно десять месяцев назад. Похоже, ни одного младенца не любили такой сумасшедшей любовью, как в этой семье.

Вопреки ожиданиям зрелый и мужественный мистер Хант совсем не расстроился, что его первенцем оказалась девочка. Он обожал дочь и, появляясь с ней на публике, ворковал с малышкой, на что отважится редкий отец. Хант даже велел Аннабелле нарожать еще дочерей, игриво заявив, что всегда мечтал быть окруженным женщинами.

Как и следовало Ожидать, малышка была просто красавицей. Физически невозможно, чтобы Аннабелла произвела на свет менее красивых отпрысков.

Подхватив вырывающуюся Изабеллу, Дейзи чмокнула ее в пухлую щечку и снова посадила на ковер.

– Вы бы его слышали, – сказала она. – Неслыханная самонадеянность. Свифт решил, что я до сих пор незамужем по собственной вине. Он сказал, что у меня завышенные требования. И прочел лекцию о стоимости моих книг и о том, что кому-то приходится платить за мои удовольствия.

– Как он посмел! – воскликнула Лилиан, ее лицо от возмущения стало пунцовым.

Дейзи тут же пожалела о своих словах. Семейный доктор запретил Лилиан всякие волнения в последний месяц беременности. В прошлом году у нее на ранних сроках случился выкидыш. Лилиан тяжело пережила потерю ребенка. При ее крепком сложении несчастье стало полной неожиданностью. Несмотря на заверения доктора, что ее вины в этом нет, Лилиан впала в меланхолию. Но с помощью Уэстклифа и горячей поддержки подруг она постепенно вернулась к своему обычному веселому нраву.

Снова забеременев, Лилиан стала более сдержанной, опасаясь новой неудачи. К сожалению, она была не из тех женщин, которые расцветают во время беременности. Лилиан то покрывалась пятнами, то ее тошнило.