Только норовистая гнедая Вала по одной ей известной придури угнездилась на верхней поперечине центральной мачты, наотрез отказываясь двигаться с места, так что наемнику пришлось слезать оттуда своим ходом. Впрочем, стоило троллю ступить на палубу, как кобыла расправила крылья и слетела вниз, с откровенным ехидством скаля зубы.

— Но откуда же вы тогда знаете о другом корабле? — Я наконец взяла себя в руки и отстранилась от Учителя, недоверчиво поглядывая на Катиссу. — Начальник порта ничего не знал о колдуне, выходит, вы плыли в Леск именно за нами!

— Да, но потом засекли мощный магический всплеск и, заподозрив неладное, слегка изменили курс.

Распознать заклинание маскировки несложно, а что можно прятать посреди моря? Только корабль. Сомневаюсь, что контрабандистам такой трюк по карману, а их штатному магу — по силам. А вот скрывающемуся от разгневанных вампиров колдуну, наделенному сверхъестественной мощью, — вполне.

— Логично, — вынуждена была признать я, хотя легкий червячок сомнения все-таки остался. Уж больно гладко архимаг все это изложил. Словно заранее репетировал.

Учитель с достоинством кивнул, как будто получив от меня высочайшее разрешение на дальнейшие действия, и повернулся к Повелителю Леска:

— Надеюсь, досточтимый Сиа-Вэрден тор ард Л…л'аел, — архимаг запнулся, и я искренне ему посочувствовала.

На официальных приемах в Догеве я тоже до сих пор читала полное родовое имя Лёна с бумажки, один раз тайком приколов ее Повелителю на спину между крыльями, да так там и забыв… Обнаружилось это только в конце дня — гости из вежливости молчали, а то и пользовались украдкой, — не возражает против небольшой морской прогулки, прежде чем мы доставим его в Леск?

Вэрд уже стоял возле своего жеребца и, обхватив его за шею, гладил по мокрой гриве, что-то тихонько приговаривая.

Конь так же сдавленно пофыркивал, словно отвечая.

— Не возражаю, — не оборачиваясь, отрезал Повелитель Леска. — Даже наоборот. Дайте только догнать этого мерзавца…

— Догоним, — спокойно пообещал Учитель, снова поднимая глаза к парусам.

Об этом и в самом деле можно было не беспокоиться. Магия магией, но у каждого корабля есть свои пределы скорости и прочности, после которых паруса сорвет вместе с мачтами, а корпус сомнется, как яичная скорлупа.

«Хапуга» был словно создан для гонок и охотно это демонстрировал. Узкий и легкий, он как будто летел над волнами, заражая нас своим азартом. Черный с черепом и костями флаг на верхушке мачты смотрелся более чем уместно. Ей-богу, я бы и сама не отказалась посидеть на бушприте, с воплями размахивая ржавой абордажной саблей!

— Наверное, ни один корабль от вас не ушел? — с невольным восхищением поинтересовалась я у капитана.