Согласна?

Верка вышла на улицу, – повозки уже стояли в условленном месте. Она возвратилась в школу, попросила Веру Григорьевну контролировать ситуацию в здании, а сама повела школьников. Ребята выходили, как и обещали, молча и попарно, выстроились в колонну и двинулись вслед за Веркой. Через пять минут они уже рассаживались и ложились по своим местам в цыганских кибитках. В первой из них в качестве возницы сидел Антал, рядом с ним примостился бородатый цыган с трубкой в зубах, во второй повозке также находились два цыгана, похожие друг на друга как две капли воды.

Верка пересчитала ребят, легко запрыгнула в первую повозку – бородач уступил ей место, и поезд тронулся. Не успели проехать и двухсот метров, как дорогу перегородили вооруженные люди в штатском. Обе повозки остановились и были вмиг окружены. Из отряда отделился человек, вероятно, командир, подошел вплотную к Анталу, осветил его фонариком и начал задавать короткие вопросы. Антал так же коротко отвечал. Верка не понимала языка, но суть диалога была ей ясна до мелочей, тем более что они проигрывали несколько вариантов разговора с патрульными.

Антал долго разворачивал бумаги, а начальник тем временем дал знак одному из подчиненных осмотреть кибитки. Потом взял бумаги, лишь на них взглянул, подозвал молодого парня в очках и показал на печати. Тот минут десять читал, перечитывал, перелистывал и перетасовывал документы, затем что-то тихо сказал.

В этот момент подошел человек, осматривавший кибитки, и сказал, что всего в двух повозках едет пятеро взрослых цыган и тридцать пять цыганят, которые спят вповалку. Командир велел Анталу пройти с ним на КПП, чтобы еще раз внимательно проверить документы.

Верка стала напряженно ждать и машинально обдумывать, что надо делать, если процедура знакомства с документами затянется. Ее мысли прервала появившаяся из темноты машина. Из нее вышло двое, они разговаривали не более пяти минут с патрульным, потом направились к повозкам. Верка прижалась к бородатому цыгану, он понял ее жест и взял в руки вожжи. В этот миг в глаза ей ударил яркий луч света, она невольно зажмурилась и нагнула голову, но пахнущая духами рука вцепилась тонкими пальцами ей в подбородок и что-то приказала.

Верка открыла глаза и уставилась в ту точку, где должна была находиться голова светящего. Фонарик «осмотрел» ее лицо, фигуру, платье, одежду и даже обувь, вновь поднялся к лицу.

Свет переключился на цыгана, потом пробежался по второй повозке и возвратился к патрульным.

В этот момент подошел Антал, сел на облучок и прошептал Верке на ухо, что начальник велел пропустить поезд. Она облегченно вздохнула, Антал громко свистнул, что означало для задней повозки «Вперед!», и стегнул лошадей.