Верка дослушала ее до конца, надеясь, что представят кого-нибудь из виноградарей, но не дождалась. Зазвучавший гимн Советского Союза оповестил о том, что настало утро, значит, скоро должны передавать последние известия и обязательно сообщат о положении в Венгрии. Но диктор будто нарочно тянул время и никак не хотел говорить о международных новостях, а осветив их, даже не вспомнил про Венгрию. Затем началась другая передача, за нею последовала третья. Верке показалось, что во всем виновата она, потому что не успела написать донесение Сергею Владимировичу, и там, в Центре, ничего не знают о стотысячном митинге протеста в Будапеште, о низвержении памятника Сталину, о боевых действиях между повстанцами и органами безопасности.

Поняв всю нелепость своих угрызений совести, она тихо сказала:

– Как видишь, ничего не сообщают!

– Это в духе информационной политики КПСС: граждане СССР не должны слушать плохих новостей. Пора переключиться на наше радио! – ответил, словно оправдывая ее, Антал.

А по венгерскому радио тем временем неустанно повторяли решение правительства о запрете публичных выступлений.

Утром интонация диктора чуть изменилась, – по словам Антала, правительство «сменило пластинку» и преподнесло новый сюрприз: запретило населению появляться на улицах до восьми часов утра. Прошло совсем немного времени, и Антал сообщил о «более приятном» сюрпризе: на улицу нельзя выходить до тринадцати часов…

Верка почувствовала, будто вокруг нее замыкается пространство, и ясно осознала, что при такой тенденции развития запретов ей вряд ли сегодня удастся вырваться из своей квартиры и добраться до торгпредства.

Но она не хотела сдаваться, и в ее мозгу быстро перебирались варианты, как выйти на связь с Сергеем Владимировичем. Вдруг Антал воскликнул:

– Вера, запрет отменен! Пошли, посмотрим, что делается на улице, заодно я доведу тебя до вашего посольства.

– Мне надо в торгпредство.

Они начали было собираться, как Антал вновь притих у приемника.

– Что там передают? – спросила Верка. – Опять запрещают выходить?

– Снова важное сообщение: ночью заседало Центральное руководство ВПТ, на нем был избран новый состав Политбюро и Секретариата.

Похоже, возвращается к активной жизни Янош Кадар. Имре Надь восстановлен в партии, введен в Центральное руководство и назначен премьер-министром. Сейчас он выступит с заявлением.

– Но выстрелы не стихли?!

– Подождем, что скажет новый премьер.

Антал подошел к окну и прислушался к нарастающему гулу. В это время раздался телефонный звонок. Он подбежал к аппарату, взял трубку, поздоровался на русском языке и пригласил к разговору Верку.