Я не хочу ставить операцию под удар.

– Она не пойдет с основной командой, – его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы.

– Марта подкинула мне идею.

Тут настал мой черед удивляться. Это когда? Что-то не помню такого. Мы же не обсуждали…

– Что за идея? – хмуро спросил сталкер и скрестил руки на груди.

– Ты присядь, Мел, – ласково сказал Коперник, и мне стало страшно.

Так обычно начинается что-то нехорошее. «Ты присядь», с этой фразой по тревожности может сравниться только «ты, главное, не волнуйся».

– Марта будет со мной, – весомо сказал Нэй.

– И где же будешь ты?

Я, как и Мел, не понимала, куда клонит Коперник.

– Я, Марта и ты войдем в город ведьм через главные ворота.

Сталкер был настолько обескуражен этой новостью, что даже потерял дар речи.

Нэй не дал ему опомниться:

– Мы войдем и спокойно прибудем в космопорт к началу операции.

– Это ты сейчас так несмешно шутишь?

Коперник прошелся по кабинету, остановился у двери. Щелкнул замок. Теперь мы были надежно заперты.

– Нет. Совершенно не шучу. Марта будет одета под местную ведьму, а мы будем ее сопровождать. Ты как относишься к маскам, Мел?

Сталкер нахмурился, резко выругался.

– Нэй! Ты в своем уме?

Коперник остался совершенно невозмутим.

– Сам посуди. Лей, как мы и договорились, обеспечит отсутствие связи, чтобы при захвате корабля никто не мог предупредить пиратов раньше времени. Стак и Дан возьмут на себя два поста охраны. А здесь…

На щеках Мела проступили красные пятна, мне показалось, что у него глаза вылезли из орбит.

– У тебя от этой бабы совсем крышу сорвало?

– Не нервничай. Все будет хорошо.

Ох! Вот оно. Самый ужасный аргумент: «Все будет хорошо».

Голос Мела дрожал от ярости:

– Если обычных людей еще можно обмануть тряпками и побрякушками…

– И птицей, – вставил Коперник.

– Думаю, можно взять твою птицу для убедительности. Представь, мы заявляемся на космодром с ведьмой. Я понесу клетку с вороном, ты будешь в маске. Ни у кого не возникнет никаких подозрений и вопросов.

Нэй улыбнулся и посмотрел на меня:

– Так что, Марта, не придется ползти по грязи.

Вот уж не ожидала, что он воспримет мои слова серьезно.

Ноздри Мела раздувались, он с шумом втягивал воздух, лицо его приобрело опасный оттенок.

– В городе есть ведьмы, а они как-то чувствуют своих. И тогда-то все накроется. Ты даже себе не представляешь… достаточно одной понять… ты не успеешь ничего сделать, а твой труп будет медленно остывать на дороге, – сталкер цедил сквозь зубы в крайнем волнении.

– А как они распознают своих? – подала я голос.

Мел поднялся, он не обратил внимания на мой вопрос, глаза его лихорадочно блестели, было видно, что сталкер ведет какую-то сложную внутреннюю борьбу.

– Думаю, что проблем с «распознаванием своих» не будет, – начал Коперник.