Еще она сеяла недовольство среди других женщин, настраивала их против меня. А в тяжелых условиях особенно сильно стараться не нужно. Так что я постоянно ловила на себе косые взгляды и слышала шепотки. Некоторые даже не стеснялись переходить со всеобщего языка на местное наречие при моем приближении.

Ситуация медленно накалялась. Достаточно одного неосторожного оброненного слова, чтобы конфликт перешел в открытую фазу.

И теперь Сильва стояла прямо передо мной, уперев руки в бока, являя собой картину, как сделать тяжелый день еще тяжелее:

– Привет, Марта! Смотрю, ты умудряешься отлынивать даже от такой легкой работы.

Эти слова отозвались во мне острым раздражением, но я не подала виду:

– Извини, Сильва, я тороплюсь.

Она не дала пройти. Встала у меня на дороге.

– Ты знаешь, к чему готовятся мужчины? – спросила она.

– А Мел тебе не сказал?

По лицу женщины скользнула гримаса злости. Я могла бы и догадаться, раз Сильва снизошла до разговора со мной, значит, сталкер не счел нужным посвятить ее в наши планы.

– Дай мне пройти, – как можно нейтральнее попросила я, наши глаза встретились.

Сильва нехотя отстранилась. Я думала, будет хуже. Терпеть не могу конфликты.

Я сделала шаг вперед. Сильный удар едва не свалил меня с ног. Это было подлое и неожиданное нападение со спины. Я приложилась плечом об стену.

Сильва бросилась на меня с криком:

– Ты думаешь, ты здесь особенная. Сейчас…

Мы яростно сцепились, я беспорядочно наносила удары. На шум собралась толпа. Мужчины и женщины подбадривали нас криками, но никто не спешил вмешиваться. То, что болели в основном за Сильву, взбесило меня до предела. Но редкая поддержка буквально окрыляла.

Я была очень зла. Очень. Поэтому била изо всех сил. Мы завывали и шипели. Я добралась до волос Сильвы, и она завизжала от боли. Особенно вдохновляло то, что я побеждала.

– Ах ты подлая… – проорала я ей в ухо.

А потом я полетела куда-то вверх.

– Силы космические, Марта!

Я размахивала руками и ногами, все еще пребывая в пылу сражения. Пыталась вырваться из кольца цепких рук, чтобы продолжить нести справедливость.

– Марта, остановись!

Тут я поняла, что самозабвенно пинаю Коперника, и обмякла в его руках.

– Женщины! – Мел пробрался через толпу. – Разойтись всем! Что встали? Быстро!

Сильва села и всхлипнула:

– Она напала на меня.

От такой наглости я задохнулась:

– Набросилась на меня, – продолжала Сильва дрожащим голосом.

Вот уж точно, коварство женщин беспредельно.

– Да как ты смеешь! – негодовала я.

Коперник продолжал меня удерживать. Мел зарычал и кивнул капитану:

– Нэй, уведи ее. Я что, непонятно сказал: всем разойтись! – это уже толпе.

Сталкер был настроен сурово. Люди делали вид, что уходят, но ясно было, что никто не хотел пропустить представление.