— Я здесь не на задании. Просто живу.

Угу, а я фея с крылышками.

— Ну что ж, тогда продолжаем наш счет, — терпеливо произнесла я. — Раз я спасла тебе жизнь, то считаю, будет правильным обнулить его. Ноль — ноль.

— Всё еще хочешь от меня избавиться? — удивлённо произнёс Эртан.

— О да, особенно в свете последних событий. Инквизитору рядом с ведьмой не место, — произнесла я резко и двинулась в сторону кухни, продолжая удерживать Лютика на руках. Тяжелый какой стал. Отъелся на чужой колбасе. — И я тебе это докажу!

— А как же твой отец? — выдал Рой, и я затормозила.

За последние пару дней предупреждающих красных лапочек в моей голове загоралось штук пять или шесть.

Но этот раз перебил все предыдущие раза в три. Если раньше были крохотные красные светодиоды и мирный гудочек, то сейчас у меня в мозгу шибанул прожектор и проревел слон.

Люцифер молча, даже не мяукнув, спрыгнул с моих вмиг ослабевших рук и потрусил на кухню. Я проводила его тоскливым взглядом, ожидая продолжения.

«Собираем манатки!» — выдал мысленно фамильяр и загремел чем-то.

Кажется, начал собираться, решив в первую очередь взять самое дорогое — свой запас вкусностей.

Все эти годы я делала вид, что не знаю о его заначке. Он делал вид, что не в курсе моего знания. Мы так и жили. Пока в нашем городке не появился этот проклятый инквизитор.

Проблема была в том, что о моём родстве с Деборой знали не так много лиц, но знали. Мы не скрывали, но и не афишировали наши отношения. А вот с биоматериалом, который получает в народе кодовое слово «отец», было гораздо сложнее. О нём знали единицы единиц.

Никто не спешил афишировать мимолетную и постыдную связь между ведьмой и инквизитором. И уж тем более мало кто желал говорить о том, что в результате этой связи появилась я.

Совсем не инквизитор, а очень даже вредная ведьмочка, хотя кровь великого папочки должна была взять верх. Признать меня — это вызвать огромный скандал. Поэтому все молчали. И я старательно поддерживала эту анонимность.

И вот теперь такое заявление. Оно означало одно из двух. Вариант первый: Эртан просто брал меня на слабо. Мол, отреагирует ли Вайолет Дин на мою фразу? И если да, то как, что скажет и так далее.

Вариант второй: он всё знает. Не знаю, кто, как и когда ему сообщил эту информацию.

Но он знает. И даёт мне сейчас понять, что в курсе многого. И при этом продолжает заявлять, что просто тут живёт!

— У меня нет отца. И матери нет, — произнесла в ответ совершенно спокойно, — выросла я в специализированном пансионе. В картотеке в графе родители стоят прочерки. Везде.

— Но отец есть у всех.

— Биоматериал, поделившийся одной маленькой клеточкой, — поправила его я. — И только.

— Ты знаешь, кто он?

Врёт — не врёт? Гадать не хотелось.

— Нет, — спокойно произнесла я.