— Сбежишь и не станешь разбираться? — недоверчиво поинтересовался кот, устраиваясь поудобнее.

— Не хочу, — искренне призналась я.

— А если это не Эртан?

Сердце невольно сжалось, и такая тоска разлилась по телу. Нет, не хочу чувствовать, не хочу думать о нём.

— А кто тогда? — спросила глухо, убирая прядь со лба и из последних сил стараясь быть спокойной и хладнокровной. — Или ты думаешь, что он позволил бы водить себя за нос? Крутой инквизитор?

— Не совсем за нос, но мы же не проверяем близких и до последнего верим родным, — заметил Люцифер глубокомысленно. — Особенно когда семейная связь велика.

В этом что-то есть. И так хотелось поверить, а с другой стороны, я тщательно запрещала себе верить и надеяться.

— Мать вряд ли, а вот отец мог ускорить процесс, — задумчиво произнесла я и добавила: — Или они сделали это совместно. Семейный подряд.

— А почему просто так к тебе не прийти? Нет, не отвечай, я и так знаю, что бы ты ответила на такой призыв.

— Послала бы их всех в бездну. Если бы не нападение и твое ранение, я бы даже с места не сдвинулась.

— Значит, они хорошо тебя знают, Ви, — сказал Лютик, задумчиво почесывая за ухом, после чего выдал: — А своего отца ты в расчет не берешь?

Теперь пришла моя очередь оторопело смотреть на него.

После вчерашнего его блеянья за столом я как-то не принимала его в расчет. Мне он показался каким-то жалким. Хотя, может, он хотел таким казаться. Кто берёт в начальники королевской охраны слабовольное ничтожество и держит там столько лет? Значит, Стоун не так прост. Но зачем тогда эти игры?

— Он же вхож в инквизицию и аукцион, — продолжил фамильяр. — Кроме того, у него был роман с твоей матерью. Вдруг она и его перетянула на тёмную сторону? И вообще, он сказал тебе, почему не показывался двадцать семь лет, а тут вдруг заинтересовался жизнью ненужной дочери?

— Сказал, что Дебора запретила, — произнесла я.

— Она двадцать лет как мертва, — заметил Люцифер. — Нормального мужика бы это не остановило. Эртана, например. Тебе не кажется всё это слишком подозрительным?

Ведь прав пушистик. Куча подозреваемых, и с каждым доводом их становится всё больше.

— Плюс еще Дилан. Вот зачем ему была нужна шкатулка?

— Думаешь, он знал о том, что ты дочь Деборы? — спросил Лютик.

— Не знаю. Я никогда не скрывала, но и не афишировала наше родство. И уж точно не гордилась им. Поэтому из всего вышеизложенного следует только одно: мой вариант — самый оптимальный и верный. Давай просто сбежим отсюда? — снова предложила ему.

— А мне хотелось бы узнать, что за этим всем стоит и кто втянул нас в свою игру, — вдруг заметил фамильяр, продемонстрировав мне коготки.

— И что теперь делать? Играть роль наивной дурочки и не показывать своих подозрений? — спросила я у него.