У меня даже получилось немного изобразить равнодушие.

— Дело не в тебе, — произнёс Рой и тут же поправился: — Не только в тебе.

— Она просто ведьм не любит. Понимаю, специфика работы.

— Я не могу кричать на неё, ругаться и спорить. И не могу прогнать Габриэллу. Я не слепой, Ви, и знаю, что принцесса испытывает ко мне влечение.

— Она в тебя влюблена, — поправила его я. — Это не просто влечение.

— Пусть так. Мама мечтает о нашем союзе. Давно мечтает. Она и Шарлотту из-за этого не приняла до конца.

Даже жаль. Такой взрослый и сильный мужчина, а так зависит от мамочки.

Не ожидала от него такой покорности.

От неожиданности я оступилась, сбилась с такта и отдавила ему ногу. Рой даже не поморщился, продолжая вести в танце. Кульбиты и провокации мы больше не устраивали, медленно кружась под музыку.

Габриэлла, бывшая жена или мать? Вариантов-то было много.

— Мама. Я не должен был тебе говорить. Никто не знает. И ты не узнала бы, если бы они вели себя так, как было оговорено.

Я что-то не заметила у неё какие-то признаков приближающейся кончины. Конечно, не сканировала, да и не смогла бы. Инквизиторская защита отрикошетила бы в меня.

Но леди София ну никак не походила на умирающую, вполне себе здоровая, сильная дама с железным характером.

— Да. Это из-за Деборы.

И тут моя родительница отметилась. Я даже не удивилась.

— А она тут при чем?

— Они ведь сказали о том, что участвовали в её задержании. Мама была в первой десятке, которая и скрутила Дебору, отсекая способности. Из всей группы на сегодняшний день жива лишь мама.

— Да, отсроченное, плюс мы с отцом искали противоядие и способы лечения. Но полностью изгнать эту заразу не получается. Сейчас, когда инквизиция стала работать с ведьмами, стало легче.

Эва очень нам помогает.

— Да, сил хватает, но ты же сама понимаешь, что это не может продолжаться вечно и когда-нибудь проклятье возьмет верх. Ты как-то сказала, что у меня личный интерес к этому делу.

— Не помню, — искренне ответила я.

— Может, и не говорила. Но он есть. Там, в хранилище, должно быть противоядие, то самое, которое спасёт мою мать от смерти.

— И ты сделаешь всё, чтобы достать его.

Что ж, теперь многое становилось понятным. Его зацикленность на работе и хранилище, энтузиазм и прочее.

Ради спасения любимого человека пойдешь на любые жертвы.

— Я же сказала, что помогу, — тихо ответила я, стряхивая пылинку с его плеча.

— Как видишь, больше никаких тайн и загадок. Я честен с тобой, Вайолет.

— Вижу, — кивнула, отступая в сторону и размыкая объятья.

— Нам пора возвращаться к столику, — добавила поспешно.

Мы направились назад, когда нам наперерез вылез Дилан с сонной блондинкой, которая буквально повисла на его руке.

— Ви! Здравствуй, дорогая! — широко улыбнулся мужчина.