А гребцы за его спиной мычали, стискивая кляпы, и этот надрывный стон ходил волнами, пуская мурашки по коже.

Ненужную гонку первым проиграл Пончик. Совсем немного времени потребовалось, чтобы он выдохся. Вторым в финал вышел Яр. Оба только качались, цепляясь за весло, но тягать его они больше не могли.

Быков был красный от стыда.

– Я… выложился… – хрипло выдавливал он, со всхлипом вбирая воздух. – Сдох…

Дышать было больно, легкие словно обжигало воздухом.

Яр сильно переживал – вроде и бицепсы-трицепсы накачаны, а вот, поди ж ты, уработался.

С Пончиком всё ясно: с выражением зомби на лице не Шурка весло тягает – весло тягает Шурку, мотыляя туда и обратно.

А Сухов гребет, как машина, как наглядное пособие для демонстрации возвратно-поступательного движения.

Быков припомнил, как он впервые повстречался с Олегом. Случилось сие на фестивале исторической реконструкции, до которой Яр был большой охотник.

Он тогда поединок затеял, дабы все полюбовались, какой он умелый рубака.

Противник его, Сёма Жестянщик, представлял викинга – он был в длинной кольчуге-бирни, с круглыми шлемом и щитом, а вот Быков щеголял в великолепных рыцарских доспехах XIV века, вороненых, с серебряной чеканкой, – денег хватало…

«Черный рыцарь» двигался быстро, лихо орудуя мечом.

«Викинг», высокий, толстоватый парень, был неповоротлив, он отмахивался секирой от клинка, полагаясь на силу, и не поспевал за шустрым противником.

Вот рыцарский меч коснулся бычьей шеи «норманна», и обступившие поляну знатоки заголосили:

– Готов! Адекватно, Яр! Улоф Змеиный Глаз, ты убит!

Рыцарь, салютуя мечом, поднял щелястое забрало.

Сухов, упакованный в потертые джинсы и мокасины, в домотканую рубаху с богатой вышивой у ворота, стоял неподалеку, наблюдая за поединщиками. Его широкие плечи покрывала длинная куртка из оленьей шкуры, выделанной добела, щедро расшитой бисером и мелким речным жемчугом, а на ремне висели ножны с византийским мечом акуфием, чей не слишком длинный клинок пробивал кольчугу.

От Олега исходила спокойная холодная сила, а тут – типичный мажор, избалованное дите богатеньких родителей.

Яр мигом приметил Олегову усмешку, вспыхнул, как маков цвет, и, стащив с себя шлем бацинет, встряхнул длинными волосами, слипшимися в сосульки.

– Кто ты, дерзкий странник? – выспренно спросил он.

– Магистр Олегарий, – спокойно ответил Сухов. – Обращаясь ко мне, следует добавлять: сиятельный.

По толпе пробежал шумок, а Быков картинно вскинул меч.

– Я вызываю тебя на бой! – воскликнул он. – За непочтительность!

– Ладно, – пожал плечами Олег.

Пончик сказал негромко: – Это и есть Яр Быков. Угу… – Я так и понял.

– Эй, оруженосцы! – кликнул Яр.