Неимоверным усилием воли вывожу из кожи свой самый главный браслет. И дёргаюсь к нему, чтоб дурочки заметили.

— А! Какой хитрый, — слышу злорадное от Айлин, но затем раздаётся опасливое: — не трогай!

Однако уже поздно, цепкие лапки одной из учениц ухватили и потянули его. Ещё секунда, и… Всё.

Силы вновь наполняют меня. А звериная жажда изламывает до невыносимой боли. Мне сложно контролировать первые порывы. Хотя отчаянно борюсь с монстром, вырывающимся изнутри. Но тщетно. Неистовая злость заполоняет моё сознание.

Одно мгновение решает всё. Первая жертва — это Цедаль, подвернувшаяся под левую руку, в шею которой я вгрызаюсь, как в сочный гранат, доставая зубами до позвонков. Дальше пробиваю грудную клетку Эрике и жру её сердце уже на глазах ошалелой Айлин. Дафна бесстрашно лезет драться. И я раздавливаю её череп, как сырое яйцо, вообще без колебаний.

Айлин убегает прочь из каюты с визгом:

— Исчадие мглы! Тварь поганая!! Когда ж ты сдохнешь уже!!

Она пытается сбежать. Но от высшего вампира в замкнутом пространстве деться уже некуда…

— Омбер и это предусмотрел, а, потаскуха? — Говорю ей и медленно иду следом. Эта власть над жизнью существа такая сладостная. Эйфория вседозволенности и безнаказанности. Наслаждение от предвкушения.

— Придурок! Какой же ты придурок! — Огрызается ещё из–за угла.

— Всё это время ты играла свою роль так искусно, — говорю издевательски радостно. — Интересно, какая ты настоящая?

— И как ты проверишь, дубина? — Рычит. Слышу, как активирует стрелу в луке. Что–то там возится.

— Зверь в тебе обнажит твоё нутро, — говорю, неминуемо приближаясь.

— Тварь паршивая, как же ненавижу тебя, — хнычет. Искры синие, сыплющиеся на пол, говорят о том, что у неё там что–то не вышло. Похоже, корона барахлит.

— Иди сюда, моя хорошая.

И вот он самый сладкий визг. Такой протяжный и беспомощный. Визг разочарования, отчаяния. Он настоящий…

Блоки состыкованы! Мы набираем высоту, уходя из–под обстрела.

Дрожащими руками кое–как раскопав в крови и ошмётках браслет, я успеваю сказать метаморфу:

— Не открывай проход, есть проблема.

— Принято, — отвечает ящер холодно и добавляет деловито: — Решаемая?

— Надеюсь, — шепчу, сползая на пол уже простым слабым и беспомощным человеком. Доконали, суки такие.

А с этими что делать, я пока и не знаю.

Но теперь меня беспокоит другое. И я взываю к напарнику с надеждой:

— Метаморф, ты здесь?

— Да, Крис? — Откликается через ошейник.

— Ты ведь меня не обманешь? — Спрашиваю, поглядывая на последствия побоища. И двух дёргающихся в агонии рыжих вампирок. Которые пробудятся ещё не скоро.

Пауза длится, что целая вечность. Но проходит всего–то пара секунд.

— Нет, я верен слову, — отвечает мой союзник. — Корабль сформирован. Мы летим на Гра спасать Нелли, как я и обещал.