Прохлаждаясь в ночи в своём дворике, слушал заводную музыку с нескольких сторон. Играла вроде дудочка и какой–то струнный инструмент. Похоже, здесь устраивают пляски, дискотеку или просто выступают. Подмывало сорваться и поплясать, еле удержался. А мероприятие часов до двух ночи шло.

Рано утром снова отправился на пляж в надежде полюбоваться новой порцией красивых сисек. Это как терапия для меня в нынешних условиях существования. На пляже девок ещё больше и сразу две новые группы детишек маячат с наставницами. Жизнь кипит, будто вчера здесь не было опасной мурены и её жертвы, которая должна была сто процентов умереть.

Пройдясь по рядам занятых беседок, я двинулся метров на сто дальше, пока не нашёл свободное место под навесом. Мне даже бинокль не пришлось использовать, по соседству отдыхали две девушки с хорошими фигурками, у одной довольно крупная красивая грудь и милое личико. Очень удобно, что им на меня прямо смотреть не положено, можно нагло рассматривать, что и делаю.

Но в какой–то момент понимаю, что девушка замечает мой интерес. И случается странное. Она подходит ко мне очень близко со своими голыми дойками и интересуется взволнованно:

— Наставник, позвольте спросить. С моей грудью что–то не так?

Встала ещё так, глазки вниз, сиськи вперёд. Очень красивые, добротные сиськи.

— Не уверен, — начал мямлить с такого неожиданного напора. — Вроде всё нормально.

Подскочила и уселась ко мне сбоку, грудь положив на плечо.

— Я Мей Ран Осаку, помощница сенатора третьего ранга, — начала встревоженно. — У меня должно быть всё идеально. Иначе попрут с Монолита. Посмотрите, что не так. Молю вас, наставник.

Ого, тоже знатная, вот и лезет так нагло.

— Надо прощупать, — бурчу, строя из себя паиньку. — Если готовы потерпеть?

— Конечно, готова, делайте, что должно!

И я приступил… сперва неуверенно и осторожно, изображая врача. Затем уже более нагло, потому что удержаться невозможно. Уж очень хороши на ощупь, весь день бы мял! Когда чуть ли не потянулся губами к соскам, повернул её и усадил на край лежака от греха подальше. Если до этого старался не касаться эрогенной зоны, то теперь стал будто бы случайно тревожить сосочки.

— Я должен проверить и это, — прокомментировал с невольным придыханием и ухватился за быстро вставшие пупырышки.

— Делайте… что… должно… — заохала Осаку.

И вдруг резко задёргалась, сжимая бёдра. В конце даже сползла с лежака и, ударившись задницей о песок, видимо, опомнилась.

Я тоже опомнился и увидел, как на нас пялятся окружающие.

— Ой! — Взвизгнула Осаку, опустив голову к паху. — Какой срам. Простите, наставник! Какая я… растяпа.

— Мда, не ожидал, — выдал я сварливо.

Девка прикрылась полотенцем, которое ей подружка ловко подала, и помчала прочь с походкой, будто обделалась.