А внутренне спокойствие и беззлобная натура успокаивали волка. Зверь не видел в ней угрозы. Не чувствовал вранья и желания понравиться нарочно. К тому же малышка нашла подход к Яне…

За последнее он действительно должен.

— Меня не интересует твой брат, — прорычал, прикусывая метку. — Но очень… — избавил от тонкой майки, оставляя девочку совсем голой, — очень… — расплел шикарные волосы, — очень интересуешь ты…

Тим буквально уговаривал себя не бежать. Идти достаточно медленно, чтобы сойти за обычного гуляку, который возвращается глубокой ночью домой.

По бокам щерились провалами дверей гаражи. Заброшенки — хреновое место для прогулок даже днем, но ему было плевать. Вообще на все плевать, кроме конечной цели.

Пальцы нервно сжали телефон. Обычную допотопную звонилку — старый разбили охранники альфы.

Тим пытался прорваться к нему. Но каждый раз его вышвыривали, как котенка! А когда он попробовал ломануться к Пашке — и вовсе схлопотал по ребрам. Отбили их так, что до сих пор вздохнуть нормально нельзя и синяк на пол рожи.

От бессильной злобы хотелось орать. Как идиот повелся! Посмотреть мажор хотел, ага. Ни хрена подобного! За Аленкой охоту устроил, а потом решил ею же и откупиться от оборотня! Успел раньше, чем…

Тимоха ускорил шаг. Сестру он бы не сдал, нет. А то, что на кончике языка вертелось — это ерунда, временное помутнение. Да и Пашка раньше рот открыл.

Ну, ничего… Еще есть шанс!

Вчера на мобилу сообщение упало. Дата, адрес и приписка — выход тут.

Тим не сомневался ни секунды — сразу решил идти. Потому что хуже быть не могло… и для сестренки это, может, последний шанс. Боже, что он натворил?! Как успел влезть во всю эту дрянь?!

Тим не мог сказать. Наверное, это наследственность — мать так же спилась. Сначала одна рюмочка, потом две, три… через полгода без бутылки жить не смогла. А ему пары месяцев хватило.

Но теперь все будет иначе! Только бы Алену вытащить… Где это хреново место? Уже полчаса блуждает!

— Блядь! — отскочил в сторону и чуть на жопу не сел.

А из теней покосившегося забора вынырнул человек. Шкаф шкафом, но глаза не сверкают в темноте, как у оборотней.

— Привет, Тимоха, — сверкнул широкой улыбкой. В тусклом свете луны она показалась оскалом. — Ну что, готов вытащить сестру?

Утро ее встретило нежным запахом… гари?!

Алена подскочила на постели и непонимающе завертела головой. Где пожар? Куда бежать? Но дыма вроде как не видно. Да и огня тоже… Зато снизу доносился приглушенный разговор, местами срывавшийся в долгий и нудный монолог.

Алена нахмурилась и, подхватив одежду, ретировалась от самой себя в ванную. Холодный душ, срочно! И прекратить уже думать тем, что ниже пояса. Но, черт… как же тяжело сопротивляться опыту мужчины и его… нежности.