Заметив ее, черноволосый вдруг резко отстранился.

Зара шустро юркнула ближе к господину Данте. Не обращая внимания на раздраженное рычание, влезла под бок и вопросительно взглянула на господина Варга. Мужчина вдруг сразу успокоился.

— Обидел тебя? — произнес на понятном языке.

Зара отрицательно завертела головой. Совсем не обидел. Только не надо больше ругаться.

А черноволосый жег ее внимательным взглядом, словно сердце ножом вскрывал. Не выдержав, Зара отвернулась к господину Данте и не смогла сдержать облегченного вздоха, когда на затылок легла горячая ладонь и спрятала за спину.

Зара напряженно вслушивалась в быстрый разговор. Никак не разобрать интонаций, и это пугало.

Оборотни о чем-то спорили. Долго, с рычанием и взмахами рук. Не выдержав, Зара тихонечко ухватилась за самый край одежды господина Дана.

Оборотень резко замолк.

Ох, ну что она себе позволила, глупая?! Зара виновато втянула голову в плечи. Но вместо того, чтобы опять зарычать, господин Данте перехватил ее под локоть и куда-то повел.

А Зара лишь кусала губы, опасаясь проявить беспокойство.

Огромная комната выглядела слишком непривычной. Никаких украшений, все строго, холодно. Первое время Зара опасалась даже прикасаться к вещам. Ей, конечно, была знакома роскошь — отец содержал товар в хороших условиях — но не такая…

Зара провела рукой над черным квадратом варочной панели. Совсем не жарко! А поставишь сковородку, покрутишь рычажок — начинает греть.

Ох, сколько она намучилась, прежде чем разобралась! Всю голову сломала, но, может, и хорошо — время пролетело незаметно.

Господин Данте ушел, оставив ее совсем одну. Первый день Зара вся перетряслась. Почему-то казалось, что мужчина уехал за ее отцом. Глупо, конечно. Она знала, как долго лететь из холодной России в ОАЭ. Никто бы не успел за день… А вот за три…

Но шел уже пятый, а она все так же оставалась свободна. Делала, что хотела, спала, ела, от скуки начала рисовать… И даже немного успокоилась — ведь если бы господин Данте пожелал, ее бы тут уже не было.

Чувство глубочайшей благодарности шевельнулось под сердцем. На нее не кричали и не били. Не заставляли читать Коран, который Зара не любила открывать. Харам это, но иногда она позволяла себе думать, что Аллах благосклонен ко всем — правоверным и нет — лишь бы душа была чистой от зла.

Вот и господин Данте не казался ей злым! И его холодный взгляд — всего лишь защита для горячего сердца.

И как ей отблагодарить своего спасителя? На ум ничего не приходило…

Шею вдруг болезненно кольнуло — в том месте, где остался след от укуса. А в следующую секунду входная дверь негромко хлопнула.

Дара чуть сковородку не выронила. Внутри все стянуло ледяным напряжением.