Да и наверняка он меня не помнит. У нас была огромная школа. Я была нелепым, помешанным на музыке подростком, тусовавшимся только с ребятами из группы, а он – горячим хоккеистом. Я на два года младше, так что у нас не было совместных занятий или общих друзей. Он – один из лучших вратарей НХЛ с внешностью чертова бога. И то, что он демонстративно не заводит отношений, еще больше подогревает интерес к его персоне. В прошлом году кто-то бросил ему трусики на лед – это попало во все спортивные новости.

Он меня не вспомнит.

Я наблюдаю, как по мере приближения к его этажу меняются цифры на табло.

Он постоянно в зале и на тренировках. Мы не будем с ним пересекаться.

А мне правда очень нужна эта работа. Я сыта по горло музыкальной индустрией и всякими напыщенными знаменитостями. Я училась на маркетолога, и пришло время пойти по этому пути. Все связанные с маркетингом вакансии в Ванкувере предполагают как минимум пятилетний стаж, так что мою кандидатуру даже рассматривать не будут. Моя сестра Хейзел, которая работает физиотерапевтом в «Vancouver Storm», говорила, что скоро команда открывает вакансию маркетолога. А еще она сказала, что они предпочитают брать своих людей.

Должность ассистента – мой пропуск туда. Это временно. Если я хорошо покажу себя на этой работе, то приоткрою себе дверь в отдел маркетинга.

На верхнем этаже двери лифта открываются, и я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. Это не работает, и мое сердце стучит так, что чуть не выпрыгивает из груди.

Мне нужно получить эту работу, напоминаю себе я.

Я стучусь, дверь распахивается, и мой пульс запинается, как напившаяся дешевым сидром школьница.

С возрастом он стал еще сексуальнее. А видеть его вживую? Это уже ни в какие ворота не лезет.

Его фигура занимает весь дверной проем. Он сантиметров на тридцать выше меня, и даже под спортивной кофтой с длинными рукавами видно, что его тело – само совершенство. Тонкая ткань облепляет широкие плечи. Краем уха я слышу собачий лай и топот бегущих лап за его спиной, но меня слишком завораживает его пластика. Его рука легко ложится на дверной косяк. У него задирается рукав, и я любуюсь на его руки.

От рук Джейми Штрайхера можно забеременеть.

Я понимаю, что пялюсь, и останавливаю взгляд на его лице.

Ох. Мое сердце падает. Подростковая влюбленность столетней давности снова врывается в мою жизнь, как комета, и пронзает меня насквозь. Его глаза все того же глубокого, переливчатого зеленого цвета, играющего всеми оттенками дремучего леса. У меня внутри все переворачивается.

– Привет, – выдыхаю я и прочищаю горло. – Привет, – говорю я уже увереннее, изображая жизнерадостную улыбку. – Я Пиппа, ваш новый ассистент. – Я провожу рукой по своему высокому хвостику.