– Сыграешь для меня остальной альбом?

– Если ты не против.

Он откидывается на спинку дивана, не отрываясь от меня, и закидывает руки за голову, готовясь слушать. Я играю свои песни, и на некоторых моментах Джейми улыбается, потому что точно знает, о чем я пою. За последние несколько месяцев Джейми стал одним из самых близких моих друзей, и есть что-то необыкновенное и сокровенное в том, чтобы петь и играть для него на гитаре.

Я заканчиваю песню о мести, которую послала ему несколько недель назад, и мои пальцы зависают над струнами.

Последняя оставшаяся песня – про секс.

Он вскидывает бровь, будто видя мои сомнения и бросая мне вызов.

Мне стоит остановиться прямо здесь и сейчас. Пожелать ему спокойной ночи и подняться к себе спать. Определенно стоит. Это песня про Джейми, и он, конечно же, не сможет этого не понять.

Но тут во мне ни с того ни с сего просыпается какая-то смелость и азарт, и я начинаю играть.

Некоторые строчки этой песни говорят о чем-то, скажем так… весьма конкретном. Это мой любимый момент в написании стихов – ты можешь вставить туда что-то очень конкретное, например, как ела шоколадное мороженое с вишней, проходя мимо своей старой школы, или что-то в этом духе, и реально почувствовать себя внутри песни.

Джейми выпрямляется, глядя на меня, и его глаза темнеют. Я прекращаю играть.

– Пташка, – угрожающе говорит он, приподняв бровь. Его губы сжимаются в соблазнительную косую линию, и у меня пунцовеют щеки.

Повисшее в гостиной напряжение можно ножом резать.

– На этом стоит закончить, – бормочу я.

– Ни за что на свете, – говорит он густым, низким голосом.

Мой взгляд падает Джейми на колени.

У него полноценный стояк: огромная эрекция туго натягивает ткань спортивных штанов. Внизу живота жарко пульсирует, но я продолжаю играть.

– Ты написала ее для меня? – спрашивает он, когда я заканчиваю. Он не сводит глаз с моего лица.

Я киваю. Наши взгляды встречаются, и между нами искрит электричество. Глаза Джейми мутнеют, и его челюсти сжимаются, когда я облизываю нижнюю губу. Я чувствую давление между ног, кожа покрывается испариной. Я так его хочу.

Его решительный взгляд пригвождает меня к месту.

– Это было лучшее Рождество в моей жизни, – произносит он.

– В моей тоже, – выдыхаю я.

Проходит долгая секунда, в течение которой мы просто смотрим друг на друга. Внезапно Джейми отрывает от меня взгляд.

Он встает, поправляет штаны и отправляется наверх, не говоря ни слова.

Я еще несколько минут сижу на диване, пылая от неуемной и бьющей через край энергии, но потом встаю, выключаю свет и поднимаюсь в свою старую спальню вместе с рождественским подарком. Я захожу в комнату, вытягиваю перед собой свитер и улыбаюсь.

Он прекрасен.