– Вы думаете, мне лучше пройти за кулисами?

– Не стоит, если не хотите, чтобы Уоррен сорвал голос, призывая вас. Идите прямо отсюда и скажите, что это я отвлек ваше внимание. – И он слегка подтолкнул ее вперед.

– А вот и вы, милочка! – В обращении Уоррена была бездна сарказма. – Я понимаю, конечно, что прошло уже целых двадцать минут с тех пор, как мы обсудили все выходы в этой сцене. Но я все-таки полагал, что эту информацию можно было удержать в памяти столь длительное время. Слева, милочка, слева! А вы вышли справа!

Уголком глаза Керри увидела ухмыляющегося Райана и почувствовала, что лицо у нее вспыхнуло. Ну да ладно, она не первая вызвала сегодня сарказм режиссера и, уж конечно, не будет последней. Внешне спокойно она сказала «извините!» и присоединилась к ожидавшему ее трио. Очаровательные губы Паулы сложились в издевательскую улыбку:

– Бедный Уоррен, – протянула она, обращаясь к стоящему рядом с ней Адриану. – Тяжело ему приходится.

Это было не самое лучшее начало для сцены, в которой у Клеопатры с Хармианой было несколько диалогов, И Керри почувствовала, что Паула придала особое выражение словам «Зубы, говорю, тебе я выбью, если ты мне снова поставишь рядом с Цезарем того, кто лучше всех на свете». Паула во многом походила на Клеопатру в этой первой части пьесы, подумала Керри немного позже, уходя со сцены. Это уже после смерти Антония, когда царица Египта предстает действительно заслуживающей своего титула, от исполнительницы потребуются настоящие мастерство и эмоциональная сила.

Когда Уоррен остановил репетицию, он несколько неожиданно объявил, что удовлетворен тем, как идут дела.

– Отдохните хорошенько за ночь, – сказал он в заключение своей краткой речи для поддержания духа актеров, и все облегченно рассмеялись.

Через десять минут после того, как они вышли из театра, сидя за столиком в кафе, Керри сказала Лиз немного застенчиво:

– Не знаю, почему ты хочешь, чтобы я с тобой поселилась. Это действительно твое желание?

– Конечно, – Лиз наклонилась к ней, ее хорошенькое личико светилось оживлением. – Керри, я знаю, мы чудесно уживемся. Мы примерно ровесницы, и у нас общие интересы. Одно только меня смущает: ты не против того, чтобы спать в одной комнате? Там две кровати. Вся квартира довольно просторная. И я не храплю… по крайней мере, я так думаю.

– Ну, если и храпишь, я всегда смогу закрыть ухо подушкой, – улыбнулась Керри.

– Значит, согласна? Замечательно! Когда переберешься?

– Вообще-то я должна была бы предупредить мою теперешнюю хозяйку за неделю, но поскольку я знаю человека, которому нужна комната, думаю, мы как-нибудь это уладим. – Керри пожалела немного, что уже больше не увидится с Филипом. – Я тебе завтра дам знать, хорошо?

– Прекрасно.