Но если гражданка Пищик к вам заходила, то она наверняка вам об этом поведала.

– Поведала. Вы его будете допрашивать?

– Наверное, придется, – ответил Шустов. – Но, вообще-то говоря, не хочется. Такие дела, где виноватых не найдешь, я бы закрывал, пусть живут, как хотят. А то у нас бандиты на свободе гуляют, а мы самоубийцами на личной почве занимаемся.

– Но бывает же, что человека довели до самоубийства.

– Боюсь, что гражданка Флотская сама себя довела.

– Вы – женоненавистник.

– Вы так думаете потому, что я развелся? Но мы с Галей и сейчас поддерживаем нормальные отношения.

– В следующий раз осторожнее шутите, а то я не всегда вас понимаю, – признался милиционер.

– Андрей Львович, – Лидочка постаралась говорить ласково и убедительно, – мне на самом деле важно узнать, куда делись те вещи, что когда-то лежали в пропавшей шкатулке. Я очень прошу, если будете спрашивать людей о шкатулке, вы потом мне расскажете, что узнали, хорошо?

– Хорошо. Но у меня нет доказательств принадлежности шкатулки вам или вашим родственникам.

– Андрей Львович, вы можете спросить у Татьяны Иосифовны. Она – мать…

– Знаю. Проживает в дачном поселке на станции Переделкино, где пишет свои воспоминания. Я спрошу ее.

– Не спешите. Отдыхайте. Я пойду поужинаю, а то весь день без горячей пищи. И не бойтесь. Никто вас больше не тронет. Но, конечно, никому не открывайте, не посмотрев предварительно в глазок. Никому. Ясно?

Спать было еще рано – половина девятого. Лидочка устроилась с книжкой на диване, но, конечно же, не читалось – слишком много впечатлений.

Потом потянуло в сон.

Лидочка быстро отправилась в ванную – она боялась, что заснет.

Утро началось со звонка в дверь.

Лидочке показалось, что еще ночь – так сумрачно было за окном.

Звонок был настойчив, он сбивал мысли, в нем была угроза, как бы продолжение тут же забытого ночного кошмара. Звонили убийцы… Лидочка кинулась было к двери, как была, в одной ночной рубашке, но потом остановилась в коридоре, замерла, стараясь проснуться и привести в соответствие мысли и окружающий мир.

Для этого сначала надо было посмотреть на часы, но часы остались в комнате. Тогда лучше заглянуть в глазок.

Лидочка заглянула в глазок и обнаружила, что за дверью, опираясь на палку, в меховой широкой шубе и в сером шерстяном платке стоит Татьяна Иосифовна Флотская. Этого еще не хватало!

Лидочка открыла дверь.

– Ты спала? – спросила Татьяна, не скрывая укоризны.

Лидочка знала, что услышит дальше, и потому молча отошла в глубь коридора.

– Я уже дошла до станции, доехала до Москвы, по Москве бултыхалась полчаса или час, еле тебя отыскала, у вас все переулки перекопаны. Думала, что придется звонить.

– Вы бы позвонили из автомата, я бы вас встретила.