Писали по–русски, но неумело, как курица лапой, отчего буквы русского алфавита казались незнакомыми.

«Позвони по телефону, висв (далее шёл номер мобильного). Договоримся о встрече. Не докладывай никому об этом — убём жену (так и было написано — через букву «ё»), она у нас. Даём на размышления двадцать четыре часа».

Подписи на записке не было.

Похолодело в груди. Роман уставился в листок остановившимся взглядом.

Они знали, что он выйдет именно здесь! Но главное, у них была Юна! Как они её нашли?!

Какой–то звук вторгся в мёртвую тишину комнаты отдыха.

Роман вскинул голову, прислушиваясь.

Звук повторился. Точнее, не звук — мысленный вызов:

«Рома, ты меня слышишь?»

«Слава богу, объявился! Мы тебя ждём!»

«Знаю, встретимся, поговорим».

«Они дали двадцать четыре часа…»

«Ты с ними встречался?»

«Нет, несколько минут назад я вышел в министерстве».

«Как славно, и мы тебя ждём у министерства! Извини, не дослушал».

«Убит какой–то тип, в кабинете».

«Дьявольщина! Наверно, Метельский, бывший зам Фурсенюка, он сейчас и.о. министра. И что?»

«На столе меня ждала записка: «Юна у нас» — и всё такое прочее».

«Понял, выбирайся оттуда. Помощь нужна?»

«Нет, справлюсь, ждите».

«Машина стоит в Козицком переулке, серебристый «Фольксваген Туарег», номер «три четвёрки».

Роман очнулся, ещё раз пробежал глазами текст послания, бросил взгляд на тело мертвеца (интересно, кто его убил и каким образом удалился без шума — свои?) и направился к двери.

Кабинет министра не изменился. Новый глава министерства ничего не стал в нём менять, словно чуял, что хозяином будет недолго.

Роман успокоил дыхание, зажал сердце в тиски воли, сосредоточился на важении , нажал кнопку селектора, проговорил неразборчиво:

Дверь через пару секунд открылась, вошла секретарша, обтянутая деловым костюмом, как рука перчаткой.

Он не дал ей времени удивиться, набросил на голову тёмную «наволочку» «засоса», погасил сознание.

Вышел из кабинета в приёмную, где обнаружилось четыре посетителя, ждущие, очевидно, вызова министра.

Если убийца выходил здесь же, пришла мысль, то он обладает немалым пси–запасом и способен отводить глаза.

Но он мог воспользоваться и В–порталом, возразило «второе Я» Романа.

Словно в ответ на это из кабинета прилетел скрежещущий грохот. Задрожали стены и пол приёмной. С подставки упал и разбился вдребезги стеклянный графин с водой.

Посетители вскочили, послышались крики.

Роман понял, что неведомый убийца Метельского взорвал В–портал. Он предусмотрел всё.

Дверь приёмной открылась, вбежала женщина с короткой причёской, за ней двое парней.

Роман воспользовался тем, что дверь осталась открытой, выскользнул в коридор и, оставаясь незамеченным, под «колпаком непрогляда», покинул здание Министерства образования.