Эмиссары АПГ просчитали твоё появление в Москве, то же самое они могут сделать и здесь. Тебе надо переезжать.

— Это ещё с какого бодуна?

Ылтыын покачал пальцем.

— Слишком много людей знают о твоём переезде сюда.

— Кого ты имеешь в виду?

— Жена знает? Знает. Её отец знает? Знает. Мать? То же самое.

— Они ничего никому не скажут.

— Это если не спрашивать. Современные методы допроса позволяют добыть информацию даже у слепых, глухих и немых. Вот почему Харитоныч здесь: выясняет степень защищённости системы в отношении всех, кто причастен к твоей истории. Слишком велик риск… потерять тебя.

Роман сжал кулаки, посмотрел на побелевшие пальцы.

— Пусть попробуют сунуться! И один я никуда не поеду. Только с Юной!

— Никто не утверждает, что тебе надо скрываться в одиночестве. Просто будь готов к этому. Юна необходима тебе по определению, она тебя защищает и энергетически поддерживает.

— Я и не говорю, что ты вампир. Вы хорошо дополняете друг друга. — На губах Алтына вдруг проявилась улыбка, что случалось редко. — Один мой старый знакомый как–то сказал, что он вампир наполовину. Я спросил: это как? Он ответил: пью.

— Умеешь ты… подсластить пилюлю. И куда же вы собираетесь меня упрятать? Не на Камчатку, случайно?

— Так далеко не получится, сложно будет работать с тобой. Честно говоря, не знаю, решаю не я, а то поселил бы тебя у своих родичей на Кольском полуострове.

— А оттуда просто будет работать?

Ылтыын поскрёб макушку.

— Об этом я не подумал. Ужинать не пойдёшь?

— Дождусь Юну, но мы никуда не собирались. Хочешь, оставайся, поужинаешь с нами.

— У меня встреча в семь. Может, позже зайду, на чай. И прошу тебя, куда бы ты ни намерился прогуляться, прикидывай последствия. Не идёт у меня из головы киллер подмосковный. Уж больно крут и уверен в себе.

— Каждый дьявол мнит себя богом, — проворчал Роман.

— Как? — заинтересовался Алтын. — Повтори.

— Ушами слушать надо.

— Классное изречение! Твоё?

— Ладно, до вечера. Кстати, знаешь, что на Луну снова упали два метеорита?

— По всей видимости, Поводыри зачищают следы своего там пребывания. Такие вот дела.

Алтын надел очки, отсалютовал и исчез.

Роман проводил его взглядом, потом не утерпел, снова развернул ремень, вспоминая свой первый «внепространственный» полёт.

Пряжка ремня неожиданно сыграла гамму вспышечек в индикаторах.

Что произошло в следующее мгновение, он не понял.

Пряжка нагрелась до температуры пламени спички… и на голову упала глыба темноты!

Очнулся он в ватной тишине, окружённый какими–то мягкими подушками, в полутьме, окутывающей всё необычно организованное пространство вокруг. Тряхнул головой, приходя в себя, прислушиваясь к своим ощущениям, внимая тишине, ловя пронизывающие пространство излучения.