Именно такую служанку я и хотела видеть возле себя.

После обеденной трапезы лэр Тонли-старший продолжил показывать мне дом. Самую удивительную комнату, вызвавшую неподдельный восторг, он решил оставить, видимо, напоследок.

Когда супруг открывал очередную ничем не примечательную дверь, я ожидала увидеть еще одну спальню для гостей. Однако стоило мне войти в просторное светлое помещение, заполненное бесчисленными стеллажами, усталость, вызванную длительным походом по замку, как рукой сняло. Я шумно выдохнула и быстрым шагом подошла к ближайшей полке с книгами.

Затем к другой… третьей… Такого количества фолиантов мне еще не доводилось видеть. Остановившись у стеллажа с увесистыми томами по магии, с трепетом потянулась к корешкам.

— Тебе нравится? — раздался за спиной голос мужа, бесшумно следовавшего за мной все это время.

— Очень! — с придыханием ответила ему, не в силах сдержать в себе радость.

— Я был уверен, что тебе понравится библиотека. Читай на здоровье. И не вздумай приходить каждый раз за разрешением, когда захочешь взять какую-нибудь книгу.

— Спасибо! — от всего сердца поблагодарила мужа и вновь повернулась к заинтересовавшему меня стеллажу.

— Прости моего сына за бестактность. Он порой горяч. Весь в Элен, — слова ему давались нелегко.

— Вам не нужно просить прощения за то, в чем вы не виноваты, — я снова оторвалась от любования кожаными переплетами с золотыми буквами на корешках."

"— Виноват, Айрис. Еще как виноват. Я упустил нужный момент в его воспитании. Памир рос без отца, сам по себе, и он во многом прав. Меня вечно не было дома. Почти всю свою жизнь я отдал на благо империи, а не семьи.

И знаешь, я осознал эту огромнейшую ошибку лишь после смерти жены. И очень надеюсь, что Памир не пойдет по моим стопам. Правда, именно это он сейчас и делает. Но вдруг ему удастся понять все гораздо раньше, чем мне? Ты умеешь играть в шахматы? — из-за резкой смены темы разговора я даже не сразу ответила.

— Нет.

— Тогда тебе непременно стоит научиться, — лэр Тонли-старший подошел к огромному окну, занимающему едва ли не полстены. Он стоял, заложив руки за спину, и молчал, но спустя несколько мгновений как-то отрешенно заговорил: — Жизнь — это игра.

Сегодня ты играешь белыми фигурами, завтра — черными, сегодня — пешка, а завтра можешь стать ферзем. И только от тебя зачастую зависит, выиграешь ты очередную партию или проиграешь. Шахматы заставляют думать, анализировать ситуацию, планировать шаги наперед. Так всегда говорил мой отец. Именно он научил меня этой игре, а я в свою очередь — Памира. Сейчас же хочу, чтобы и ты постигла ее. Тебе еще не раз придется сразиться с трудностями, уж такова, видимо, твоя судьба.