Малк не сводил с происходящего взгляда, впрочем не забыв крикнуть приятелю:

В ответ раздалась ругань, потом сталь ударилась о сталь, послышался звук какой бывает от попадания острого лезвия в плоть, натужный хрип и, наконец, тяжело дышащий Тиль рявкнул:

— Я закончил! А вот ты что-то тянешь…

— Ничего, я тоже скоро, — усмехнулся Малк.

Возможный арсенал магии Лоуренса он оценил ещё там, в городе, некоторые вещи увидел буквально пару мгновений назад, так что теперь практически не ждал никаких сюрпризов. Всё, что ему было нужно, это дождаться, когда тот использует подготовленные к нападению заготовки, растратит силы, а потом… потом просто подойти на расстояние удара и выбить из него дерьмо.

Хороший план, неправда ли? Как раз в духе Безумного жреца… который, вообще говоря, любит бить первым!

Пока они с Калакаром обменивались репликами, цилиндр уже занял своё место на верхушке пня, и это простое действие запустило видимо ожидаемые дикарём метаморфозы. Сначала преобразился деревянный обрубок, который со скрежетом вдруг раздался вширь и ввысь, сравнялся в росте с Малком и приобрёл на узловатой коре черты демонической морды.

Затем пришёл черёд Лоуренса, чья трансформация касалась одного лишь лица. Глаза сдвинулись в стороны, нос провалился внутрь, а уголки рта разъехались почти до самых ушей — получилась поистине акулья пасть, к тому же ещё и с треугольными зубами. Но главное даже не это. Главное, в воздухе разлилась вонь адской Скверны, и теперь можно было не сомневаться — никаким шаманом туземец не был. Перед Малком стояло порождение Пекла, и если он правильно помнил вычитанное в конспекте хеймдарской ведьмы описание, в тандеме пень-человек ведущую роль играл именно пень. Именно он был сосредоточением мощи и причиной неубиваемости Лоуренса, тогда как человек — не более чем одержимая духом оболочка, помогающая деревянному демону кормиться.

— Я сожру твоё сердце!!! — пообещал дикарь, не двигаясь тем не менее с места.

Да и как иначе, если в этот момент из земли вытянулся тонкий корень и вонзился ему куда-то в район поясницы? Малк поначалу подумал, что это такая вариация нитей контроля, но затем заметил как начало распирать от силы мышцы Лоуренса и от этой мысли был вынужден отказаться.

Всё было гораздо серьёзнее — пень передавал своему слуге накопленную мощь, так что если Малк не хотел драки с находящимся на пике способностей противником, ему следовало поторопиться.

— Подавишься! — ответил он издевательски.

И тут же принялся воплощать в жизнь минуту назад придуманный план по уничтожению врага. Вот только начал он не с ожидаемого удара по Лоуренсу или пню, а с небольшой коррекции имеющегося освещения.