Верно, маленький Бакалавр?

— Вне всяких сомнений, уважаемый Младший Магистр! — в тон ему ответил Малк, и эта, выжавшая из него все соки беседа, закончилась.

Наступало время Большого Плана…

Несмотря на боевой настрой сказать, что разговор с толстяком из Дома Сунет — думать о нём так было гораздо приятнее, чем как о просто Толстом или Младшем Магистре — на Малка никак не повлиял, было нельзя. И дело даже не в том, что он воочию убедился во влиянии жирного ублюдка на мать и, как следствие, в его вине за неприятие Изольдой сына, но и в снятии завесы тайны с собственного рождения.

Малк столько лет мечтал как найдёт отца, как встретится с ним, как посмотрит в глаза и спросит какого Йорроха тот выкинул его на улицу — сам ходил по библиотекам, госпожу Леару просил о помощи, — а стоило делу сдвинуться с мёртвой точки, появилась определённость с принадлежностью к Дому, и он ощутил ко всей этой теме полнейшее равнодушие. Может он уже вырос и «взрослые» проблемы задвинули детские мечты, или же ему претила сама мысль о родственных отношениях с ублюдками вроде Толстого, но факт остаётся фактом — узнав о том, что он изгнанник Дома Шести звуков, Малк отнёсся к данной новости как к чему-то малозначительному и неинтересному.

Словно скучную статью в газете прочитал. И даже то, что по факту рождения он обладал крохами полноценной Родословной и был близок к магии Звука, не добавило остроты.

— Ну надо же, вознаграждение бывшему родичу будет выше… — пробормотал Малк насмешливо, оставив сестёр в гостинице «Еда и сон» и оказавшись, наконец, в одиночестве.

 — Сначала ради своих дерьмовых секретов матери память блокируете, меня от Родословной отрезаете, а теперь вдруг про какую-то близость говорите? Девять раз ха, китовый уд вам в жаберную щель! Уже бегу вам навстречу, штаны теряю…

В слова Толстого о его несогласии с ограничением воспоминаний изгнанников он тоже не верил. Не было бы что скрывать — аристократы наверняка бы этого не делали, а раз делают… жирную сволочь видимо надо понимать так, что убийство изгнанников ему предпочтительнее возни с разумом.

И с Малком он тоже будет взаимодействовать соответствующим образом, а никак не играть в добренького дядюшку!

Так что в Пекло «родственные отношения», если Малк хочет выжить и обрести свободу от преследований, рассчитывать он может только на гораздо более прагматичные вещи…

От гостиницы Малк уходил знакомым ещё с детства маршрутом.