Я моталась сюда каждый год в ожидании, когда ему наконец заблагорассудится обратить на меня внимание. Знаешь, я ведь в городе все время о нем перед сном думала. Люблю я его, понимаешь? Такой странной, страшной любовью, что никого вокруг больше не вижу. Глаза закрою, и каждую черточку его вспомнить могу. А в ушах его голос, его смех. Ненормальная я, да? Но мой отец никогда не разрешит нам быть вместе. Он наслышан о делах Славки. У Семенова судимость есть. За разбой. Было б больше судимостей, если б не тетка, сестра его покойной матери. Она замглавы города у нас.

Я только покачала головой.

Даже обидно за Богдана стало. Променять моего идеального Волкова на какой-то сомнительный преступный элемент?!

– Сказала же, не крутись! – строго произнесла Алиса. – Я тебя сейчас такими тенюшками накрашу! Обалдеешь.

– Не хочу я балдеть! Дай зеркало, – попросила я.

И все-таки мне до конца не верилось, что Алиса настроена ко мне дружелюбно. В чем подвох? Может, в макияже? Но взглянув в зеркало, я не увидела ничего ужасного. Я-то уж решила, что она намалевала меня, как Джокера. А в отражении я очень даже ничего. Неужели Алиса действительно решила помочь мне собраться на танцы?

– Ну как? – спросила Алиса, наблюдая, как я разглядываю себя в зеркале.

– Довольно-таки симпатично, – сдержанно сказала я.

– Не боись! Я ничего не испорчу. И косметика у меня хорошая. Дорогая и водостойкая. Макияж до утра продержится.

Я все не могла выпустить из рук зеркало. Давно я не видела себя такой красивой в отражении. Особенно после истории с болотом, когда едва окончательно не потеряла веру в свою привлекательность.

– Я сразу поняла, что ты к Богдану неровно дышишь, – улыбнулась Алиса.

 – Знаешь, ведь я побывала в твоей шкуре. Даже прониклась к тебе немного. Как я за Славкой бегала, с ума сойти. И ведь он в конце концов тоже на меня внимание обратил.

– Что значит «тоже»? – не врубилась я.

– Прошлым летом, – продолжила рассказывать Алиса. Предавшись воспоминаниям, она даже не расслышала мой вопрос. – Слава заметил меня на дискотеке. У меня сердце с безумным грохотом ухнуло вниз, к животу. Он на меня впервые так посмотрел… Мы с ним целое лето гуляли. Вообще не расставались. Мне даже казалось, что он со мной меняться начал.

В лучшую сторону. Знаешь, его ведь все боятся, потому что друзья у него – настоящие отморозки. Но нет, наедине со мной он не такой.

Алиса замолчала и мечтательно уставилась в окно, засмотревшись на ветви рябины.

– Может, это на него вообще так друзья-алкаши влияют. И деревня эта дурацкая. Только он никогда не соглашался переезжать, у него тут мать болела, разве ж он ее бросил бы? А сколько раз его тетка предлагала их перевезти к себе? Так мать ни в какую. И я просила его ко мне в город переехать… Отказывается.