Чего он так уставился? Я в смущении решила все-таки немного отодвинуться и, позабыв о скромных размерах топчана, едва не навернулась с него. Богдан вовремя подхватил меня одной рукой. Сам перевернулся на бок и, обняв меня за талию, притянул обратно к себе.

– Так удобнее? – шепнул он мне куда-то в макушку. Руку с моего живота так и не убирал. – Больше места?

– М-м, – промычала я. – Да, наверное.

Я думала, он еще что-то мне скажет. Важное, значимое, дорогое… Сердце сильнее запрыгало в ожидании. Но Богдан молчал. А когда я уже решила, что он уснул, Волков спросил сонным голосом:

– В чем счастье, Михайлова?

– Понятия не имею, – снова честно ответила я.

– И мне его только предстоит найти.

Уснула я очень воодушевленной. Впервые в жизни у нас с Богданом состоялся такой откровенный разговор. Откровенный и, если честно, немного странный. Что означает его «влюбиться хочу»? Может, это намек? Лишь от одной мысли заалели щеки. Еще ни разу мы с Волковым на такие темы не говорили. А еще он рассказал мне о своих страхах. Все-таки мы – настоящие друзья. Можем теперь говорить о чем угодно и делиться друг с другом всем.

Я сладко потянулась, не в силах сдержать счастливую улыбку. Несмотря на все наши неприятности, это утро казалось самым добрым.

В комнате было прохладно, пришлось натянуть плед до подбородка. Сквозь занавеску пробивались яркие солнечные лучи. Богдана рядом со мной уже не было. Наверняка отправился умываться или завтракать. А может, решил помочь Светлане Матвеевне по хозяйству. Я вспомнила, как он вчера предлагал починить прохудившуюся крышу, и снова заулыбалась.

А вот я так устала в предыдущий день, что никакой петух меня не разбудил. Сотня петухов могла рвать глотки, а я бы продолжила дрыхнуть. Но все-таки отсутствие Волкова настораживало. Я поднялась с кровати и подошла к окну. Отдернув занавеску, выглянула во двор. С утра все казалось не таким страшным и таинственным, как до этого поздним вечером. Задний двор вполне себе симпатичный. Зеленый, пестрый. С клумбами, яблонями и капустными грядками. Ночью мне чудилось, что мы попали в ведьмин дом со снадобьями и таинственным окном на первом этаже с колышущейся занавеской.

Словно в ответ на мой вопрос на улице раздался девичий визг. Я тут же отыскала взглядом источник шума. Рядом с умывальником обнаружила высокую стройную девицу. Жгучая брюнетка со стрижкой «боб», загорелая, в легком коротком сарафанчике, лила из ковша воду в ладони Богдана. Волков, раздетый по пояс, с перекинутым через плечо полотенцем, брызгал холодную воду на девицу. А она довольно повизгивала.