Тысячи бежали, они теперь отступят в степи, чтобы образовать новые кхаласары, тысячи пали в огне, получили ожоги, чтобы не смочь больше держаться в седле.

Но кхал ещё был жив. Зорро шагал мимо горящих шатров, скелетов лошадей, корчившихся и кричащих людей, его белые от золы ноги ступали по жаркой земле, торс почернел от копоти, а глаза были красны. В руках он держал туго лук и стрелу. Единственную, чтобы пустить её в дракона. И он увидел его, летящего со стороны рассвета, ревущего, и всадника на его спине, того, кто направлял это чудище. Кхал вскинул лук и прицелился, полуслепой от дыма он выпустил стрелу, и она со свистом ушла. Попал ли он или нет, Зорро не видел. Но дракона и его всадника это не побеспокоило, а за миг до конца кхал увидел, как монстр открывает свою пасть и из неё исходит свет. Кхал засмеялся. Это хорошая смерть, в Закатных Землях[22] его встретят как героя. Свет поглотил его.

* * *— То, что вы сделали для Квохора, мы не забудем. Вы в одиночку повергли пятидесятитысячную орду. А дотракийы ещё не скоро являться сюда! Вы как Эйгон Великий при Пламенном Поле![23]

Такие слова мастер Ипатио словно елей проливал на меня, когда мы стояли на башне Кхвохора, а я глядел на выжженое поле. На чёрную и засыпанную золой землю, на остовы шатров и то, сколько меж ними костей. Пламенная Мечта ещё была там, лакомилась жареным лошадиным мясом… и человечьим.

Воистину, драконы — это страшная сила. И выпускать её не стоит.

— Мы говорили об двух седельных сумках, заполненных серебром, — прервал я разглагольствования магистр Ипатио.

— Да, да, конечно! — спохватился он и двое безупречных по его жесту поднесли мне мою награду.

— Хорошие они ребята, — сказал я, — взял бы я их в Вестерос, да там рабство запрещено.

— Какая варварская страна! — нарочито возмутился магистр Ипатио. — Оставайтесь тут, и вы будете королём!

— Отвечу вам, как и триархии Волантиса в своё время, моё место не тут, а в Вестеросе.

— Как знаете. — ответил магистр Ипатио. И тут я заметил рабыню с ним. Это была молодая девушка с рыжими, я бы даже сказал красными волосами до талии, на шее её был ошейник, как и у всех рабов.

— Кто это? — спросил я.

— Это моя рабыня. — ответил магистр Ипатио, — её зовут Мелони.

«В своих странствиях ты встретишь деву, что зовут Мелони, приведи её в храм!» — так сказала мне во время нашей последний встречи Марра.

— Я хочу её в уплату моей работы. — сказал я.

— Зачем она вам? — удивился магистр Ипатио. — С теми деньгами, что есть у вас вы можете купить тысячу таких.

— Я хочу её, — сказал я более настойчиво. Наши взоры с магистром встретились, и он вскоре отвёл взор.

— Будем считать это моим личным подарком. — сказал он. — Теперь это твой господин, Мелони, — сказал Ипатио обращаясь к ней.