Авось чего — нибудь да выгорит.

Шёл я довольно долго, петляя по проклятым улицам этого города, пропахших дерьмом, потом людей и лошадей и смердевшим сточными водами. Периодически я натыкался на тупик или разворачивался не туда, куда надо. Но чутьё подсказывало идти к громадному зданию. А свою чуйку я привык слушать. Она меня ещё никогда не подводила.

По пути к зданию меня чуть не задавил экипаж, карета размером с дом, запряженная четвериком, в окружении стражи с мечами и пиками, а впереди ехала пара рыцарей в сверкающих доспехах и белых как свежевыпавший снег плащах. Тот, кто ехал в этой карете, возможно член королевского дома, будет спать на перине, с туго набитым деликатесами животом, а я, если срочно не придумаю что — то стоящее, буду спать на улице, с пустым брюхом, посреди бродяг и разбойников, да ещё, судя по кучевым дождевым облакам, которые ветер пригнал с моря, под проливным дождём.

Неожиданно я столкнулся с погонщиками, что гнали стадо овец. Овец, да ещё в городе. По случайности я услышал, сквозь блеяние животных, и гомон улицы обрывок разговора погонщиков.

— Вести овец в Драконье Логово…

—… да, у драконов сегодня будет хороший ужин… а у нас много денег…

Судя по выбранной дороге, они тоже шли в это огромное здание на возвышенности.

Вот! Вот оно! — кричало мне чутьё. И я увязался за этими людьми и их овцами.

Первый среди последних

Если б я властелином судьбы своей стал,

Я бы всю её заново перелистал,

И, безжалостно вычеркнув скорбные строки,

Головою от радости небо достал!

О. Хайям.Мой путь лежал следом за погонщиками овец в Драконье Логово, так называлось это величественное здание, которое я ранее заприметил. Как ни странно, но мне без каких — либо препятствий удалось проникнуть внутрь, из — за небольшой сутолоки, которую овцы устроили при входе, я сумел проскользнуть туда без вопросов. Оказавшись внутри, я сразу — же стал искать, куда мне податься, чтобы меня не выкинули отсюда, или же не повесили, оборони боги, любоваться красотами и восхищаться Драконьим Логовом у меня не было времени. Не до того сейчас, да и не на экскурсии я теперь. Выжить бы.

Пару раз я наталкивался на стражу, в железных кирасах и с пиками в руках, которые провожали меня подозрительными взглядами, да пара раз на каких — то людей в монашеских робах, вероятно, служителей Логова, но прирождённая наглость, хитрость, изощрённый ум, да умение держать себя, точнее вести так, словно я тут всю жизнь проработал, позволили мне избежать ненужных вопросов, и, следовательно, поимки.

Наконец я добрался до загона, куда сгоняли овец на корм драконам. Там был человек, в черной робе с длинными редкими седыми волосами.