Но вот с деньгами у меня было туговато. Корона отсыпала мне некоторое их количество. Поэтому я смог купить длинную кольчугу, латное ожерелье с наплечниками, шлем — барбют, наручи и длинный меч — бастард, да рондельный кинжал. Последний я носил лаже в нужник. Мало что. Интриги никто не отменял. А драконий наездник желанная цель для многих.

Сложнее было с фехтованием. Я предпочёл не распространяться об этом. Ибо просто не умел фехтовать. И хоть у меня был настоящий меч, проку от него было немного. Поэтому я решил нанять какого — нибудь мечника, во — первых, для охраны всего меня, а во — вторых для изучения этого предмета.

В качестве герба я взял чёрное поле, а на нём белое солнце о шестнадцати пламенеющих лучах. Сначала я хотел дракона, но брать драконов могли только члены дома Таргариенов.

Зато теперь я был похож на дорнийских принцев, у которых на гербах тоже было солнце. «Непреклонные, несгибаемые, несдающиеся». Красиво звучит. Они и вправду не склонились, даже перед драконьим пламенем. Единственные из всех.

«Высокие, как честь!» — был девиз Арренов.

«Зима близко!» — Старки.

«Вырастая крепнем!» — Тиреллы.

«Нам ярость!» — Баратеоны.

«Мы не сеем!» — Грейджои.

«Услышь мой рёв!» — Ланнистеры.

«Пламя и кровь». — Таргариены.

Хорошие, красивые слова. Мне бы тоже не помешал какой — нибудь девиз: «Куй железо, пока горячо!», может быть…

Королеву Алисент я видел редко, она была в положении и мучилась от этого. У неё родился мальчик. Его назвали Эйгоном. В честь Завоевателя. Кое — кто уже начал пускать слух: «мол, Эйгон Второй…», но Визерис и слушать ничего не хотел, чтобы изменить свою волю и отнять титул наследницы от Рейниры.

Отто меня не переваривал. Мы любезно раскланивались, но я мечтал дать ему пинка под зад. А он кинуть меня в яму с тиграми. С другими членами совета я почти не общался. Они считали меня выскочкой. Особенно престарелый лорд Бисбери, мастер над монетой, он не стеснялся об этом говорить, даже в моём присутствии. Единственный из всех них, кто вызывал у меня толику уважения — Лионель Стронг, мастер над законами, он был человеком весьма умным и единственный, кроме Меллоса относился ко мне, если не с дружелюбием, то с молчаливым равнодушием. А этого мне пока хватало.

* * *Сегодня был хороший весенний день, и я наконец решил прервать свою обычную программу, чтобы пойти погулять по Королевской гавани, точнее по её злачным местам, но не для того, чтобы кутить, хотя — бы потому, что у меня не было свободных средств, я, как рыцарь даже оруженосца себе не мог позволить, а, чтобы найти себе хорошего телохранителя. И хоть я надел под дублет кольчугу, и опоясался мечом и кинжалом, толку от них было немного, лишь разве, чтобы напугать своим видом потенциального обидчика. Но это не было панацеей.