Да ещё нужно обойти Вестерос с юга, а это уже совсем тяжело. Но, скажем, если бы вы были лордом и поддержали был законную королеву, вы бы могли напасть на беззащитный Ланниспорт и Утёс Кастерли о богатствах которого ходят легенды. Ланнистеры самые богатые люди в Семи Королевствах, а ещё они пошли на войну за Эйгона, они будут сражаться с Старками или Арренами. В это время вы разорите Ланниспорт и озолотитесь. Заодно поможете истинной королеве, а она, матушка, вас в долгу не оставит.

— Звучит весьма заманчиво. Но есть одна загвоздка, сир Томас, я не Лорд Пайка.

— Это можно устроить.

— Как? Вы предлагаете мне отправить своего отца к Утонувшему богу?

— Нет, но если Утонувший бог, скажем, сегодня ночью, призовёт вашего отца, и вы станете Лордом — Жнецом Пайка, вы поддержите Чёрную Королеву?

— Не знал, сир, что вы умеете договариваться с богами…

— У меня есть кое — какие связи даже с богами…

— Если вы планируете сжечь замок на летучем чудище, я, и мои люди вам спасибо не скажут…

— Будьте покойны, мой дорогой морской друг, Пламенная Мечта не поднимется в воздух этой ночью, даю слово рыцаря.

Красный Кракен расплылся в кровожадной ухмылке.

— Тогда по рукам.

И наши кубки чокнулись, пролив тёмный эль на стол, посреди гомона таверны.

* * *Я стоял на берегу Закатного моря. Меня обдувал холодный ветер. У моих ног горел костёр. Пора.

— Владыка Света, согрей нас и защити, ибо ночь темна и полна ужасов.

Затем я опустился на колено, извлёк из ножен кинжал и начертил им оккультную октограмму. После разрезал кинжалом ладонь и проливая на октограмму кровь стал читать заклинание на валирийском языке. Некоторое время спустя октограмма задымилась. Дым переливался всеми оттенками радуги, а потом сформировался в подобие человеческой тени, после чего она почернела и превратилась в теневого человека.

— Торвин Грейджой. — сказал я ей, и тень растворилась в ночи.

* * *Дальтон Грейджой шёл по мягкому морскому песку любуясь отражающимся в воде Солнцем. На берегу стоял сир Томас, по щиколотку в воде, рыцарь, колдун и драконий наездник. Когда он обернулся, Лорд — Жнец Пайка Дальтон Грейджой обнаружил, что сир Томас словно постарел на десять лет за эту ночь. Его лицо осунулось, щёки запали, а вокруг глаз темнели круги.

— Поздравляю, лорд Грейджой. — сказал он.

— Благодарю, сир Томас, — улыбнулся Дальтон. — Моего отца нашли утром в своей постели, на его шее отпечатались пять пальцев, словно его задушили этой ночью, хотя слуги клянутся, что никого не видели.

— Значит, наш договор в силе?

— Я улажу кое — какие формальности, связанные с официальной преемственностью, а затем Железный флот пойдёт на Ланниспорт.